История государства инков полностью

Закончив завоевание тех долин, инка возвратился в Киту, где он потратил два года на прославление того королевства величественными зданиями, гигантскими оросительными каналами и множеством благодеяний, которые он оказал местным уроженцам. По прошествии того периода времени он приказал снарядить войско в пятьдесят тысяч воинов, и с ними он спустился к побережью моря, пока не пришел в долину Сульана, которая находится у моря рядом с Тумписом, откуда он направил обычные требования мира или войны. Люди Тумписа были более богатыми и избалованными, чем все остальные, которых завоевал инка до этого на побережье моря; этот народ в качестве знака различия носил на голове убор, похожий на гирлянды, который они называли пилъу. При касиках находились шуты, непристойные пошляки, певцы и танцоры, которые доставляли им удовольствие и удовлетворение. Они практиковали всякие мерзости, поклонялись тиграм и львам, приносили им в жертву человеческие сердца и человеческую кровь; их люди им верно служили, а чужие боялись; однако, несмотря на все это, они не рискнули оказать сопротивление инке, опасаясь его великой силы. Они ответили, что с добрым желанием покоряются ему и принимают своим господином. Точно так же ответили другие долины на побережье и другие народы, [проживавшие] в глубине материка, которые именуются чумана, чинтуй, кольонче, йакваль и еще многие другие, находящиеся в том округе.

Инка вошел в Тумпис и приказал среди других королевских деяний соорудить красивую крепость, где он оставил гарнизон воинов; был построен [также] храм для Солнца и дом для его избранниц; закончив все это, он направился в глубь материка к провинциям, [в] которых убили капитанов, и учителей его законов, и мастеров-строителей, направленных туда его отцом Тупак Инкой Йупанки, чтобы обучить вере и научить тех людей, как было рассказано выше; эти провинции были охвачены ужасом от воспоминания о своем преступлении. Вайна Капак направил к ним посланцев с приказом, чтобы они сразу же явились и объяснили причину своего злодеяния и получили бы заслуженное наказание. Те народы не рискнули оказать сопротивление, потому что испытывали на себе бремя обвинения из-за своей неблагодарности и предательства, а огромная мощь инки устрашала их; и так они пришли с покорностью, чтобы просить о милосердии за свое преступление.

Инка приказал, чтобы были собраны вместе все кураки, и послы, и советники, капитаны, и вся знать, которые находились при обсуждении и отправке посольства, которое они направили к его отцу, когда попросили его прислать министров, которых [затем] убили, потому что он хотел говорить с ними всеми вместе. А когда они были собраны вместе, один из мастеров боя по приказу инки обратился к ним, резко осудив их за предательство, коварство и жестокость, ибо вместо того, чтобы поклоняться инке и его министрам за благодеяния, которые они им оказали, спасая их от тупого существования и делая из них людей, они так жестоко и с таким непочтением к инке, сыну Солнца, убили их; по причине этого они заслужили наказание, достойное злодеяния; и что если бы они были бы подвергнуты наказанию, которое они заслужили, то от всех их народов никого не осталось бы в живых вне зависимости от пола и возраста. Однако инка Вайна Капак, следуя своей природной мягкости и высоко чтя имя Вакча-куйак, что означает любящий бедных, прощал всех простых людей; что он также простил присутствующих, являвшихся виновниками и исполнителями предательства, заслуживших смерть за [злодеяния] всех своих людей, но при этом он ставил условие, что в память и в наказание их преступления будет обезглавлена десятая их часть. Для этого, разбившись на десятки, они должны тянуть жребий между собой, и пусть умрут самые несчастливые; [он приказал также], чтобы куракам и главным людям народа ванка-вилька, которые были главными зачинщиками посольства и предательства, каждому из них и их потомкам во все времена вырывали бы по два передних верхних и по два нижних зуба в память и как свидетельство того, что в своих обещаниях стать вассалами и преданными людьми они солгали великому Тупаку Инке Йупанки, его отцу.