Мессенцы, руководимые мужественным царем Аристодемом, не могли спокойно смотреть на распространение спартанского могущества в Мессении. Начинается ожесточенная война, так называемая первая Мессенская, продолжавшаяся 19 лет (по преданию, 742—734 гг.) и окончившаяся взятием главной мессенской крепости Итомы и покорением значительной части Мессении: к Спарте была присоединена чрезвычайно плодородная территория, а уцелевшее население обращено в тяжелое полурабское положение, дав начало образованию нового класса — класса илотов.
Сообщения о первой Мессенской войне (например, сообщения у писателя II в. до и. э. Павсания) носят большею частью легендарный характер; они имеют источником разукрашенную патриотическую традицию позднего Мессенского государства (Риан). Единственное исторически достоверное свидетельство — отрывок из стихотворения спартанского поэта Тиртея, жившего на рубеже VII и VI вв., которое мы приводим:
Таким образом, даже спартанский аристократический поэт должен был признать, что положение покоренных мессенцев, отдававших половину урожая своим спартанским господам, было очень тяжелым.
Класс илотов, однако, комплектовался не только из мессенцев — значительная часть илотов жила в Лаконии. Мы уже говорили, что есть основание постулировать здесь тот же процесс обращения в долговую кабалу и порабощения богатыми землевладельцами бедных крестьян, что и в Афинах. Может быть, в этот же класс были включены и потомки того населения, которое попало в зависимое положение или было уже в зависимом положении при покорении дорянами Лаконии. Но большого процента эти «ахейцы» составлять не могли, и антагонизм между спартиатами (полноправными спартанцами) и илотами никак нельзя, вслед за буржуазными учеными, объяснять национальными противоречиями.
Образование особого угнетенного класса илотов обусловило необходимость образования особой магистратуры для защиты интересов аристократии. Уже с древнейших (вероятно, с микенских) времен в Спарте существовали особые должностные лица, «звездогляды», «наблюдатели» (эфоры). У ряда первобытных народов «божественные цари» или «цари-жрецы» выбираются на определенный срок; но затем их власть может быть, по совершении определенных религиозных обрядов, продлена на такой же срок. Так и в Спарте каждые восемь лет эфоры уходили в святилище Пасифаи и наблюдали за небом: если падающая звезда пронесется в определенном направлении, это означало, что царь должен быть смещен. Естественно, что во время смут эти «звездогляды» могли приобрести большое значение; как сообщает Плутарх, цари на время отсутствия поручали им свои судебные функции. Теперь эти эфоры приобретают все более ответственные функции — и административные и судебные. Они выбираются в числе пяти человек, но одному от каждой обы. Свое «звездоглядство» они используют для устранения нежелательных им царей. С другой стороны, царские дома постоянно враждовали друг с другом: в случае разногласия между царями, естественно, мнение эфоров стало приобретать решающее значение.
По своим функциям эти эфоры вполне соответствуют тем разнообразным аристократическим магистратам, которые ограничили власть царей в других греческих государствах (например, архонты в Афинах, космы на Крите). И вообще, как мы говорили уже, Спарта в эту эпоху мало отличалась от других греческих государств. То же закрепощение крестьянства путем долговой кабалы, та же борьба групп внутри аристократии, как и в других греческих государствах.
Спарта имела замечательных поэтов, каковы, например, Терпандр, Тиртей и Алкман. Терпандр и Алкман прибыли из Малой Азии; отсюда видно, что в это время Спарта находилась в оживленных сношениях с передовыми культурными центрами восточной Греции. Спарта занимала первое место в Греции по музыке.
