Если афинянам не повезло с Саламином, то значительно больший успех они имели в другом месте. В это время изобретенные лидянами деньги получают широкое распространение. Афиняне постепенно втягиваются в торговую жизнь. Об улучшении ремесленной техники в это время нам приходится судить прежде всего по обломкам ваз, так как текстильные и металлические изделия не сохранились.[118] В Афинах появляются целые кварталы, сплошь населенные ремесленниками и торговцами. В обмен на аттические изделия афиняне впервые получают хлеб из-за границы. Вследствие этого аттические землевладельцы считают уже невыгодным сеять в большом количестве хлебные злаки и переходят к долголетним и трудоемким культурам оливы и винограда. Это вызывает необходимость обеспечить постоянный подвоз хлеба из северного Причерноморья, и афиняне начинают стремиться к захвату какого-либо пункта у входа в Геллеспонт. Афинский флот захватывает Сигей в бывшей Троянской области. Сигей принадлежал в это время городу Митилене на Лесбосе. Война между Афинами и Митиленой велась долго и упорно. Обе стороны в доказательство своих прав на Троянскую область ссылались на свои исторические права — и афиняне и митиленцы утверждали, что по окончании Троянской войны эта область была присуждена им, в доказательство чего ссылались на свидетельства эпических поэм. Произошел ряд сражений; во главе митиленцев стоял демократический вождь Питтак, он победил в единоборстве афинского богатыря Фринона. В конце концов обе стороны решили обратиться к третейскому суду Периандра. Периандр присудил Троянскую область митиленцам, но Сигей он оставил афинянам.
Это расширение международного значения Афин, ввоз хлеба и переход к трудоемким культурам оливы и винограда коренным образом изменили внутренние отношения в Афинах. При замкнутом натуральном хозяйстве крупному землевладельцу часто некуда было сбывать свои излишки; он сплошь и рядом тратил их на дела благотворительности, щедро помогал своим бедным сородичам, чтобы добиться популярности, увеличить свою клиентелу и усилить свою власть. Теперь новая мода требует, чтобы знатный и богатый человек носил одежду из привозной материи, убирал свое жилище ввозными предметами роскоши и т. д. Афинские аристократы вкладывают все свои излишки в большие торговые операции; часто им нужно было даже больше денег, чем они могли получить со своих земельных участков. С другой стороны, и крестьянин переходит теперь от хлебных злаков к более выгодной культуре винограда и оливы. Он нуждается в оборотном капитале, так как виноградная лоза и олива приносят плоды только через несколько лет после посадки. Он обращается к богатому соседу-аристократу, но тот согласен теперь давать деньги только под хороший процент и надежное обеспечение, так как ему необходимо как можно больше денег для покупки предметов роскоши или для участия в морской торговле. Единственным ценным достоянием крестьянина была его земля, но земля эта, как мы видели, была родовой собственностью и не могла быть отчуждаема. Однако землевладельцы-ростовщики придумали следующую уловку: они давали крестьянину деньги под залог земли[119] и на заложенном участке ставили столб с обозначением имени заимодавца. Если крестьянин не уплачивал долга с процентами в срок (а это бывало очень часто), то кредитор-землевладелец отбирал дом, весь инвентарь и другую движимость, а фактически и землю, хотя юридически она оставалась собственностью крестьянского рода. Крестьянин продолжал работать на своей бывшей земле, но уже не на себя, а на хозяина, в качестве кабального, зависимого человека. Эти крестьяне назывались «пелатами» или «шестидольщиками» (гектеморами). Так назывались эти крестьяне потому, что с получаемого урожая они должны были пять шестых отдавать хозяину и только одну шестую часть оставлять себе.[120]
Разумеется, нельзя представить себе, что все сословие «гектеморов» возникло из неисправных должников: здесь могла иметь место и «добровольная» отдача себя под власть сильного аристократа (клиентела), и психологический шантаж, и даже прямое физическое принуждение.
