Геродот, несомненно, еще застал начало Пелопоннесской войны: в IX книге «Истории» он упоминает о вторжении спартанцев в Аттику в первый год войны. В VI книге упоминается еще один эпизод, относящийся к 431 г., — выселение афинянами жителей Эгины с их родного острова. Известно, что спустя семь лет после этого, в 424 г., выселенные эгинеты были истреблены афинянами. Поскольку об этом событии Геродот ничего не сообщает, хотя он мог бы упомянуть о нем там же, где он говорит об изгнании эгинетов, кажется довольно правдоподобной догадка, высказанная Ф. Якоби, о том, что в 424 г. историка уже не было в живых. Так, путем весьма приблизительных подсчетов устанавливаются хронологические рамки жизни Геродота: родился около 484 г., умер между 431 и 424 гг.
Родиной Геродота был малоазиатский город Галикарнас. Основанный дорийскими колонистами, он находился на земле, издревле заселенной карийцами. Население Галикарнаса было поэтому смешанным — грекокарийским. Карийская кровь текла, по-видимому, и в жилах самого Геродота.
На это указывают явно негреческие имена его отца — Лике и дяди (или, по другой версии, двоюродного брата) — Паниасид. Последний считался выдающимся эпическим поэтом своего времени и, кроме того, занимался жертвогаданиями. Геродот, таким образом, принадлежал к интеллигентной семье (конечно, по тогдашним понятиям), в которой литературный труд был весьма почитаем и, видимо, вошел в традицию.
В юности Геродот стал участником ожесточенной политической борьбы между галикарнасской знатью и тираном Лигдамидом, примкнув к антитиранической группировке. В этой борьбе сложил голову уже упоминавшийся Паниасид, дядя историка. Сам же Геродот вынужден был бежать, спасая свою жизнь.
Маршрут дальнейших скитаний Геродота нам неизвестен. Можно лишь догадываться о тех местах, где изгнаннику удалось найти хотя бы временный приют и гостеприимство. Одним из таких пристанищ был, вероятно, остров Самос, история которого занимает довольно много места в сочинениях Геродота (пространный рассказ о Поликрате в III книге). К жителям же острова историк питал такую симпатию, что в одном месте совершенно незаслуженно называет Самос «первым среди греческих и варварских государств».
Кроме Самоса Геродот, несомненно, хорошо знал близлежащие районы Малой Азии, в основном западную ее часть, заселенную греками. Судя по замечаниям, встречающимся в «Истории», он бывал в Эфесе, Сардах, Илионе, на Лесбосе, на берегах Геллеспонта. Хорошо знал Геродот и европейскую Грецию. В Беотийских Фивах он видел в храме Аполлона «кадмейские письмена», оставленные Амфитрионом и другими древними героями. По-видимому, довольно долго Геродот жил в Дельфах и сумел даже расположить к себе жрецов храма Аполлона. Об этом говорит его хорошее знакомство с закулисной историей знаменитого святилища. Так, в I книге, говоря о богатейших посвящениях, которые прислал в Дельфы лидийский царь Крез, Геродот упоминает о золотой кропильнице с надписью, из которой следует, что этот предмет был пожертвован в храм спартанцами. Историк, однако, тут же разоблачает подлог: «На самом деле и эта чаша — дар Креза, а надпись начертал один из дельфийцев в угоду лакедемонянам: имя его я знаю, но не назову». Побывал Геродот и в ряде городов Пелопоннеса. На Истме видел захваченный греками в бою финикийский корабль, который был установлен там как посвящение богам, бывал в Сикионе, в Тегее. Хорошо были знакомы Геродоту острова центральной части Эгейского моря, например Делос, а также и северные его берега. Не исключено, что им была предпринята специальная поездка в Македонию и Фракию.
Об этих двух местностях он судит как очевидец, а к македонским царям испытывает даже особую симпатию, всячески стараясь затушевать их персофильскую позицию в годы грекоперсидских войн. Наконец, у нас есть все основания для того, чтобы говорить о длительном пребывании Геродота в Афинах. Возможно даже, что он побывал здесь несколько раз в разное время.
Значительную часть своей жизни Геродот провел в длительных скитаниях по странам Востока. За эти годы он объездил огромное пространство от Ливии (район Кирены) до Вавилона и Экбатан, побывал в Финикии и Египте. В Египте он провел целых три месяца, поднявшись вверх по Нилу, до острова Элефантины, своими глазами видел знаменитые пирамиды, лабиринт и многие другие достопримечательности этой страны. Остается загадкой, на какие средства были предприняты все эти путешествия. Высказывалось предположение, в общем довольно правдоподобное, что Геродот, как и многие его соотечественники, совмещал чисто исследовательские цели с коммерческими, но в его собственном труде мы не находим даже намеков на это.
