Наконец, в какое-то неизвестное нам время Геродот предпринял путешествие на крайний север греческого мира, добрался до Ольвии и, возможно, посетил какие-то другие пункты на территории Северного Причерноморья (академик Рыбаков думает, что он побывал даже на Кавказском побережье в районе Диоскурии, но это маловероятно).
В 40-х годах V в. уже известным путешественником и ученым Геродот приезжает в Афины (возможно, не в первый раз). Здесь он, по-видимому, сблизился с Периклом и его кругом. В VI книге «Истории» (131) Геродот упоминает о рождении Перикла, которого сравнивает здесь со львом (матери Перикла Агаристе приснился сон, будто она родила льва). Эта вставка, хотя и очень краткая, видимо, была не случайна: историк, несомненно, хотел угодить вождю афинской демократии.
В Афинах Геродот мог познакомиться и, видимо, даже близко сошелся и с некоторыми другими выдающимися людьми. До нас дошла эпиграмма, написанная в его честь самим Софоклом, очевидно, подлинная. Сохранилось интересное свидетельство (у Евсевия) о публичных выступлениях Геродота в Афинах с чтением отрывков из «Истории» (в то время она, по-видимому, уже была написана, если не целиком, то в значительной своей части). Возможно, этими выступлениями Геродота был вызван выпад в его адрес со стороны Фукидида (его слова об историках-логографах, которые заботятся лишь о том, чтобы их сочинения были приятны для слуха). С этим сообщением можно связать и упоминание Плутарха о том, что афиняне специальным почетным декретом наградили историка большой денежной суммой в 10 талантов. Если это действительно так, то 10 талантов, заработанные Геродотом, представляют собой первый в истории пример литературного гонорара.
В 444 г. Геродот, как было уже сказано, покинул Афины с тем, чтобы участвовать в основании колонии в Фуриях. Колония эта была выведена в Италию по инициативе Перикла и должна была стать одним из очагов афинского влияния в Великой Греции. Кроме Геродота в основании Фурий принимали участие и некоторые другие известные в то время люди, в том числе знаменитый градостроитель Гипподам Милетский, философ-софист Протагор. В Фуриях Геродот провел остаток своих дней и здесь же, по-видимому, и умер. Поэтому некоторые из поздних античных авторов называют его «Галикарнасцем», другие «Фурийцем». Сохранилась эпитафия Геродота (ее приводит в своем словаре Стефан Византийский): «Гроб сей останки сокрыл Геродота, Ликсова сына. Лучший историк из всех, кто по-ионийски писал. Вырос в отчизне дорийской, но чтоб избежать поношенья, сделал Фурии он новой отчизной себе».
Сам Геродот, правда, продолжал считать себя гражданином Галикарнаса. Во всех дошедших до нас списках «Истории» она начинается следующими словами: Ηροδότου Άλικαρνασσέος ίστορίης άπόδειξις ήδε («Это есть изложение исследования Геродота Галикарнасца»), и только у Аристотеля в «Риторике» это начало изменено и читается вместо Άλικαρνασσέος — Ηροδότου Θουρίου, но Аристотель мог и ошибиться, цитируя эту фразу по памяти, хотя сама его ошибка характерна: она показывает, как тесно связалось имя Геродота в сознании образованных греков с местом его последнего пристанища.
Сам Геродот формулирует свой замысел следующим образом: «Это есть изложение исследования Геродота Галикарнасца, (сделанное) для того, чтобы от времени не изгладилось в памяти все, что совершено людьми, а также чтобы не заглохла слава о великих и достойных удивления деяниях, совершенных частью эллинами, частью варварами, что касается как всего остального, так и причины, по которой между ними возникла война». Это вступление вызвало в свое время немало споров в науке, и до сих пор еще смысл его остается не вполне ясным. Неясно значение отдельных слов (например, слова έργα — одни переводят его как «деяния», другие как «сооружения») и всего этого предложения в целом.
