Направленная в Индонезию президентом США Д. Кеннеди миссия американских экономических экспертов во главе с профессором Хэмфри (1963 г.) разработала пятилетнюю программу экономической стабилизации Индонезии на базе массированной помощи Запада: 235 млн долл, от США и 150—155 млн — от консорциума стран–кредиторов, который предполагалось создать. Поколебавшись, Сукарно отверг этот план и вместе с ТНИ бросил страну в новую военно–политическую кампанию: противостояние неоколониализму Малайзии. Это решение отражало приоритетность принципов «защиты и продолжения революции», «строительства нации» перед решением хозяйственных проблем, которое, по мнению президента, в интерпретации миссии Хэмфри однозначно вело к торжеству рыночной экономики, к капитализму, а следовательно, к прекращению революционного процесса, экономической зависимости от Запада и обострению социальных противоречий. В первой половине 1965 г. вдобавок Сукарно выступил с лозунгами экономической автаркии, свидетельствующими якобы о революционности и независимости нации.
В 1964 г. резко обострились аграрные проблемы. Так и не дождавшись выпуска инструкции и реальных действий властей по осуществлению земельных законов, крестьяне–бедняки стали переходить к методам самочинной их реализации, поддерживаемым КПИ и ее массовыми союзами. Они захватывали излишки земель у помещиков, распределяли свой урожай в предусмотренной законом пропорции. Произошел ряд конфликтов, вооруженных стычек с полицией и солдатами, защищавшими сельских эксплуататоров — в Кедири, Индрамаю, Клатене, Бойолали, на Северной Суматре (1964—1965). Пролилась кровь. Эти «односторонние действия крестьян» вызвали ярость реакции. Против КПП сплотились силы всего антиреволюционного блока. Они грозили коммунистам прямой расправой. В сентябре 1964 г. они по инициативе Мурбы создали «Комитет в поддержку сукарноизма» (БПС), развернувший движение за однопартийную систему. Целью были нейтрализация КПП и отрыв от нее Сукарно.
Сукарно на протяжении четырех лет торопил с осуществлением аграрной реформы. 17 августа 1964 г. он даже указывал, что одобряет «любые меры» ради ликвидации затяжки». Однако в конце того же года, оказавшись перед угрозой раскола «национального единства», перспективой гражданской войны, он пошел на попятную. Созвав 12 декабря 1964 г. в Богоре представителей всех партий, он настоял на подписании ими соглашения о необходимости решать все конфликты исключительно мирным путем в духе «семейственной демократии». Руководству КПИ, не имевшему альтернативы, также пришлось подписать документ. Это обусловило немедленное и резкое падение популярности партии, на сей раз среди крестьянства. Что касается аграрных законов, то все дальнейшие призывы Сукарно к их претворению в жизнь были напрасными.
Хотя президент вскоре запретил БПС (рассматривая его как блок сил, способных претендовать на власть), а в январе 1965 г. — по настоянию КПИ — и Мурбу, это лишь в слабой степени компенсировало потери коммунистов. Создалось парадоксальное положение. Самая крупная и организованная партия страны (в середине 60‑х гг. КПИ насчитывала 3 млн членов, а в примыкающих к ней организациях — еще 12—14 млн) была лишена возможности прибегать к массовым действиям — самому мощному своему оружию — и поневоле сводила свою деятельность к верхушечным маневрам. Такая ситуация начала складываться со II (декабрь 1963 г.) пленума ЦК КПИ. Был взят курс на тесный союз с Сукарно, его учение было провозглашено «марксизмом, приспособленным к условиям Индонезии». Руководство партии капитулировало перед армией и полностью возложило свои надежды на президента Сукарно, а не на силу масс, отмечалось в документах КПИ 1967 г. Классовый подход к «направляемой демократии» был ею отброшен.
27 мая 1961 г. премьер–министр Малайской Федерации Тенгку Абдул Рахман выдвинул план объединения Малайи, Саравака, Брунея и Сабаха в Федерацию Малайзия. Этот план вскоре был активно поддержан Англией и другими империалистическими странами, которые рассчитывали, что новое государственное образование станет «санитарным кордоном», отделяющим леворадикальную Индонезию от их бывших колоний, и затруднит ее контакты с КНР. Уже в первом официальном заявлении министра иностранных дел Субандрио (сентябрь 1962 г.) содержалось предостережение против создания на Северном Калимантане военных баз.
