В период подготовки к выборам вскрылась неспособность орба обозначить новые, притягательные для масс идеалы, Критики режима вскоре обнаружили, что его арсенал почти не пополнялся свежими идеями со времен Сукарно: были сохранены давно известные панчасила, конституция 1945 г. и тезисы об обязательности руководствоваться одной государственной идеологией, об исключительности путей развития индонезийского общества, об отсутствии в Индонезии классов и классовых противоречий. Новых официальных лозунгов появилось лишь два: о примате интересов экономического строительства над всеми прочими сторонами жизни нации и о двойной функции армии в обществе. Последний тезис уже официально закреплял за армией роль не только «щита отечества», но и социальной силы, имеющей историческое и моральное право руководить страной[91]. Тем не менее идеологическое бесплодие «нового порядка» было очевидным, и это разочаровывало массы. Ничего не смог предложить и потерпевший поражение первый лагерь орба. Его сторонники ограничивались критикой произвола и коррупции установившегося кабирского режима, выражали тревогу в связи с прогрессирующим разложением армейского офицерства, развращаемого обретенной безграничной властью.
Летом 1969 г. был юридически закреплен за Индонезией Западный Ириан. В соответствии с обязательством 1962 г, Джакарта должна была предоставить папуасам возможность свободного волеизъявления: желают ли они, чтобы Западный Ириан оставался провинцией Индонезии, или предпочитают отделение от РИ. Но вместо предполагавшегося референдума индонезийские власти решили ограничиться опросом «представителей населения», другими словами, родоплеменных вождей, папуасской верхушки, с которой заблаговременно была проведена соответствующая работа. «Акт свободного волеизъявления» проводился путем открытого голосования; в результате подавляющее большинство из 1026 опрошенных (представлявших 814 тыс. папуасов) высказало намерение остаться в составе Индонезии. Антииндонезийские демонстрации и повстанческое движение в пользу создания государства «Свободное Папуа» игнорировались. Присутствие при опросе миссии специального представителя генерального секретаря ООН боливийца Ортиса Санца, изолированной от населения языковым барьером, не повлияло на методы проведения и исход опроса. Хотя пресса стран Запада и квалифицировала систему опроса как обман, правительства этих стран примирились с результатом, сознавая необратимость присоединения Западного Ириана к Индонезии.
Предвыборная кампания 1971 г. была чрезвычайно острой. Закон о выборах исключал всякое участие в них миллионов лиц, бывших членами КПИ и других левых организаций, а также всех «причастных к «Движению 30 сентября». Выдвинутые кандидаты должны были пройти жесткую проверку благонадежности. Военные, составлявшие менее 1% населения, не участвовали в выборах. В компенсацию за это 100 (22%) из 460 мест в парламенте было зарезервировано для представителей армии и малых функциональных групп, которых назначал Сухарто. В НКК военным соответственно отводилось 33, а в местных органах власти — 20% мест. Всеобщие выборы были превращены, таким образом, во всеобщее назначение.
Целью выборов, как было прямо провозглашено военными властями, было обеспечить победу «новому порядку», агентом которого выступал Голкар. Это означало, что альтернатива заранее исключается. Всем государственным служащим было предложено либо, «руководствуясь принципом монолояльности» (то есть верностью государству, а не какой–либо партии), вступить в Голкар, либо оставить службу. В то время как партии вели предвыборную кампанию за счет своих скудных фондов, Голкар, заметно ожививший свою деятельность, располагал почти неограниченными средствами, поступавшими из государственной казны. Девяти партиям–участницам запрещалось выступать на выборах с какой–либо идеологией, кроме панчасилы и конституции 1945 г. Многие из них, в частности НПИ, оказались не в состоянии даже выдвинуть предвыборных программ. Голкар же выступил с лозунгом перестройки партийной системы во имя политической стабильности, обещая избирателям «создать чистое» (от коррупции) правительство, улучшить жизнь народных масс. Эти демагогические посулы имели некоторый успех.
