Действительно, чтобы обратить в христианскую веру массу населения, которого в одной только Валенсии насчитывалось несколько тысяч, необходимо было затратить много средств и создать соответствующий многочисленный персонал. Первому мешали финансовые затруднения короны и нерадивое отношение многих прелатов, не поддержавших усилия своих коллег. Второе тоже нелегко было осуществить. Когда в 1595 г. обратились за советом к епископу Сеговийскому дону Хуану Баутисто Пересу, он перечислил пятнадцать препятствий, стоящих на пути к подлинному обращению морисков, в том числе: их невежество и религиозный фанатизм; изоляция от христианского населения; незнание испанских языков (кастильского, валенсийского и др.); традиция насильственного крещения; страх перед инквизицией и ее карами, вызывающий в них ненависть к католической религии и приводящий к тому, что даже в тех случаях, когда мориски искренне принимали христианскую веру, священники не могли отпустить им грехи, ибо ереси находились в ведении инквизиторов, а к ним мориски не обратились бы ни за что на свете; поддержка, которую оказывали им сеньоры взамен уплачиваемых податей; недостаток пастырей, которые жили бы в поселениях морисков и наставляли их.
Для того чтобы устранить некоторые из этих препятствий, Филипп попросил папу издать послание, в котором мориски освобождались бы от обязанности доносить на своих единоверцев во время исповеди, ибо, в противном случае, невозможно будет добиться добровольных обращений; но папа отказался это сделать. Тогда, преследуя те же цели обращения, Филипп III издал в 1599 г. новый эдикт о помиловании сроком на один год, согласно которому всякий, кто соглашался исповедоваться, получал прощение, но никто не освобождался от обязанности доносить на отступников. Однако несмотря на то, что срок эдикта был продлен до февраля 1601 г., в Валенсии воспользовались им всего 13 морисков. Полная неудача была очевидна. Тогда архиепископ валенсийский Хуан де Рибера (канонизированный в XVIII в.), ревностно боровшийся за обращение морисков и уничтожение всех следов магометанства, направил королю просьбу принять решительные меры и в то же время признал (в наставлениях, разосланных подчиненным), что задача обращения морисков была непосильной не только из-за противодействия самих морисков, но также из-за препятствий, чинимых народом, который их ненавидел, из-за постоянных распрей между морисками и христианами, из-за недостатка милосердия к морискам, утверждавшим, что с ними обращаются, как с рабами.
Действительно, мориски часто жаловались на обиды и оскорбления со стороны старых христиан. В некоторых местах мориски истреблялись поголовно; например, в Кодо (Сарагоса) горцы из долины Саидинес (Пиренеи) единственно из-за того, что один из них был убит в драке мориском, перебили всех морисков. Последние, в свою очередь, мстили при первой возможности, хотя возводимые на них обвинения были, несомненно, преувеличены: морисков обвиняли даже в том, что они вступили в заговор с целью убить всех христиан, что они отравляют продукты питания, пьют кровь своих жертв и т. д.
Материальный ущерб, нанесенный морискам тем, что за их счет сеньорам были дарованы пожалования, вознаграждавшие их за обращение мудехаров; запрещение путешествовать, которое лишало многих морисков возможности зарабатывать на жизнь работой погонщика мулов или возчика; сложности, возникшие в семейной жизни из-за применения закона о канонических запретах, касавшихся брака, — закона более строгого и определенного, чем мусульманский; возмущение, вызванное крещением детей и церковными похоронами; неоднократно проводившееся разоружение, которое оставило их беззащитными, и другие причины усугубляли ожесточение морисков и делали невозможным их объединение с христианами. Последние, со своей стороны, приписывали им, кроме упомянутых уже преступлений, тысячи недостатков и дурных поступков, запрещая им даже заниматься физическим трудом, как подтверждают Педраса и Рибера, хотя, с другой стороны, хулили их за то, что они захватили все богатства и ввергли парод в нищету. Морисков упрекали в том, что никто из них не идет в священники или монахи, а все они женятся и потому непомерно размножаются; что в армии они ведут себя, как шпионы; что они монополизировали ремесла и торговлю; что из-за их воздержанности все налоги на мясо, вино и прочее уплачивают только христиане; что они никогда не приобретают земли; что благодаря своему богатству подкупают всех судей и т. д.
