История Италии. Том I полностью

Изменения в структуре землевладения в XV в. не всегда влекли за собой изменения в структуре землепользования. Разделенная на средние и мелкие участки, земля сдавалась в обработку крестьянам или обрабатывалась самими владельцами (мелкое землевладение). Основным видом землепользования, вероятно, оставалось в XV в. вечнонаследственное или долгосрочное держание (либелла), особенно на Севере, но наряду с этим с конца XIII в. все большее распространение получает краткосрочная аренда за определенный денежный взнос (affitto) или за часть урожая (mezzadria), последняя особенно в Тоскане. Превращение испольной формы аренды, которую К. Маркс с экономической точки зрения характеризует как форму, переходную к капиталистической, в систему несомненно связано с переходом земель в руки купцов и промышленников, с вложением в землю части свободных капиталов, накопленных в торговле и промышленности. При аренде на условиях медзадрии землевладелец не просто сдавал землю, но и участвовал в ее эксплуатации, предоставляя арендатору половину скота и семян, а иногда и часть рабочей силы. При этом нужно учесть, что новая система аренды несла с собой существенные изменения аграрного пейзажа — на смену мелким, иногда разрозненным участкам (pezieterre) приходят более компактные podere, которые не совсем удачно определяются в русском языке как "поместье". Чтобы создать такое podere, землевладелец должен был путем покупок объединить некоторое количество участков, построить дом и другие хозяйственные постройки, а иногда, как, например, в Ломбардии, провести и мелиоративные работы. Таким образом, доля урожая, которую вносил арендатор, частично являлась земельной рентой, а частично возмещением капитала, вложенного землевладельцем в хозяйство.

Экономическая характеристика испольной арены и определение ее роли в развитии капиталистических отношений в итальянской деревне XV в. пока не представляются возможными ввиду почти полной неразработанности этого вропроса в литературе и отсутствия массовых публикаций испольных контрактов. Заметим, однако, что краткосрочная аренда была делом, несомненно, выгодным для землевладельца. По данным для округи Вероны, доходность земель, находившихся в краткосрочной аренде, возрастала и составляла в 1486 г. 15,5 % с пахотных земель и 20,5 % с участков, содержащих пашню и виноградник, в то время как доход от либеллярных держаний неизменно падал от 5 % в XIV в. до 1,8 % в 1482 г.[520]

Учитывая необычайное разнообразие в социально-экономическом уровне развития отдельных областей Италии, нельзя без длительного обследования каждой из них говорить об общем распространении медзадрии, особенно в ее классической форме, даже во всех наиболее развитых областях полуострова. Однако преобладание ее в Тоскане в XV в. несомненно: в округе Сан-Джиминьяно (близ Флоренции) 62,3 % земель сдавалось в аренду на условиях медзадрии. Во флорентийском контадо доля медзадрии составляла от 80 до 93 % на землях горожан и до 70 % на землях церкви.

Распространение краткосрочной аренды и переход массы земельных владений к новым собственникам, очевидно, оказывали влияние и на эволюцию либеллярного держания, которое все более сближалось либо с собственностью (свободное распоряжение держанием вплоть до отчуждения), либо с краткосрочной арендой (сокращение сроков либеллярного держания с 19–29 лет до 6–10: происходит как бы "разветвление" либеллы). Наряду с этим наблюдается все более активное вмешательство собственника в хозяйственную деятельность держателя. Условия либеллярного договора все чаще содержат обязательства засевать пашню не только пшеницей, насаждать плодовые и тутовые деревья и т. п.

Если учесть, что эти изменения влекли за собой также увеличение взноса за держание, вносимого, как правило, натурой, необходимость вносить определенную плату при возобновлении договора и ряд других тягот для держателя, то можно считать, что в целом положение держателей в XIV–XV вв. имело тенденцию к ухудшению. Но эта тенденция значительно смягчилась общим подъемом сельского хозяйства, а также снижением в крупных государствах налогового бремени. Такая обстановка, вероятно, явилась одной из причин, почему, несмотря на ухудшение условий землепользования и усиление эксплуатации держателей и арендаторов, Италия XIV–XV вв. совершенно не знала тех крестьянских восстаний, которые потрясали в это время другие страны Западной Европы.