Весной 1799 г. Северная Италия вновь стала ареной борьбы между французской армией и войсками ее противников, образовавших 2-ю коалицию. Военные действия, начавшиеся в середине марта после вторжения австрийской армии в Цизальпинскую республику, приняли неблагоприятный для французов оборот, особенно после того, как фельдмаршал Суворов, прибывший в Северную Италию, возглавил объединенные русско-австрийские войска. В конце апреля после поражения в бою у реки Адда, французы оставили Милан и Ломбардию. Цизальпинская республика перестала существовать. Многие республиканцы сражались вместе с французами в составе цизальпинских военных отрядов; тысячи других были арестованы и подверглись репрессиям со стороны австрийских властей, восстановленных на захваченных территориях. В мае русско-австрийские войска оттеснили неприятеля в Пьемонт, и 26 мая Суворов захватил Турин, где, несмотря на противодействие австрийцев, зарившихся на пьемонтские владения, восстановил королевскую власть. После решающего сражения у реки Треббия (17–20 июня), где Суворов разбил французскую армию генерала Макдональда, французы лишились всей Северной Италии, а затем и Тосканы. Под контролем французской армии осталась только часть Лигурийской республики с Генуей.
Наступление русско-австрийских войск сопровождалось почти всеобщим восстанием населения городов и деревень, которое изнемогало от грабежей и поборов французов и воочию убедилось в том, что республиканский режим принес ему новые налоги, реквизиции, контрибуции и дороговизну, сводившие на нет выгоду от отмены феодальных податей и десятин. В Пьемонте и Тоскане (последней французы своими реквизициями и грабежом причинили ущерб в размере 20 млн. ливров[109]) отряды восставших крестьян, возглавляемые фанатичными священниками, офицерами-роялистами, а также австрийскими агентами, нападали на отступающие французские части и, врываясь в города и селения, устраивали поголовное избиение республиканцев, грабили их дома.
Постоянно осложнялось положение и в Римской республике. Нехватка продовольствия достигла таких размеров, что власти вынуждены были нормировать продажу хлеба и муки, ввести карточки и отдать распоряжение выпекать хлеб только в особых общественных пекарнях. Несмотря на повторные угрозы властей, крестьяне отказывались принимать бумажные деньги, утаивали зерно, прекращали полевые работы и поднимали восстания[110]. Уже в январе 1799 г. командующий французскими войсками указывал республиканскому правительству, что его первоочередная задача заключается в «успокоении духа восстания и мятежа, который стремится завладеть всеми частями республики»[111]. Французский генерал старался при этом представить религиозный фанатизм в качестве основного орудия зачинщиков восстаний. Однако составители доклада сенату в марте 1799 г. вынуждены были признать, что реквизиции и грабеж являются главной причиной крестьянских мятежей. «Если мы не хотим обманывать самих себя, то в этих насилиях, а не в действиях аристократии, следует усматривать причину большинства восстаний, охвативших республику; это пламя, которое сжигает и разрушает наши департаменты»[112]. Только в феврале и марте 1799 г. карательные отряды французов и местная национальная гвардия усмиряли восстания в районах Нарни, Корезе, Терни, Алатри, Ристи, в Сабинских горах и Чивитта-Веккиа[113].
Это пламя крестьянских восстаний, раздуваемое клерикально-монархической реакцией, все шире охватывало и Неаполитанскую республику. До того, как осложнилась обстановка в Северной Италии, немногочисленная французская армия, находившаяся в Неаполитанской республике, могла еще поддерживать республиканский строй. В феврале и марте французы, используя артиллерию, с беспощадной жестокостью подавляли мятежные Абруццы и расправились с восставшими районами в Апулии. Число убитых жителей определялось тысячами. Учиненные французами грабежи (в частности ограбление особенно почитавшихся церквей, в которых хранились мощи святых) вызвали еще большее озлобление населения и дискредитировали местных республиканцев. Успехи русско-австрийских войск в Северной Италии заставили французов отвести свои войска из Апулии, а затем, оставив небольшие гарнизоны в Неаполе, Капуе и Гаэте, направить основную часть войск на север. Тем временем армия Руффо, овладев Базиликатой, вступила в Апулию и в мае захватила города, еще находившиеся в руках республиканцев. Посланные адмиралом Ушаковым с захваченного им у французов о. Корфу несколько русских военных кораблей под командованием капитана II ранга Сорокина действовали совместно с турецким флотом у побережья Апулии, подавляя очаги республиканского сопротивления. После захвата Апулии санфедистская армия (к которой в начале июня присоединился отряд русских военных моряков в составе около 500 человек во главе с капитан-лейтенантом Белли) медленно двинулась к Неаполю.
