Эти и другие городские проблемы не проходили незамеченными теми, кого они непосредственно касались, хотя эти горожане зачастую не имели права голоса и почти не могли протестовать. Поняв, как страдают горожане и какой урон окружающей среде наносит хаотичная застройка, активная группа канадцев, принадлежащих к среднему классу, подняла свой голос с требованием реформ. Эти реформаторы, настаивавшие на том, чтобы были произведены изменения в органах городского управления социальными условиями, действовали из противоречивых побуждений поисков собственной выгоды и альтруизма. С одной стороны, те самые деловые и политические лидеры, которые возглавили кампанию за развитие городов, в конце концов, признали, что города без нормальной водоочистной системы и должных санитарных условий, без жилья соответствующего уровня, без доступных парков и школ никогда не смогут произвести на свет здоровую и довольную жизнью рабочую силу, необходимую для достижения экономического прогресса. В результате бизнесмены часто брали на себя инициативу, требуя, чтобы местные власти принимали меры для улучшения городских условий. Также предпринимались попытки запретить проституцию и нелегальную продажу алкоголя, хотя, как и в случае с другими реформами, успех этих начинаний зависел от конкретного города. Организовывались также кампании по искоренению коррупции среди городских чиновников и по осуществлению общественного контроля над некоторыми частными коммунальными предприятиями, как, например, трамвайными линиями и электростанциями. Стивен Ликок выразил дух реформ в деловой сфере в своей замечательной, полной иронии главе «Великая борьба за чистое правительство» из книги «Путешествие с праздным богачом по сельским местам».
Самым большим триумфом «городского популизма» в эти годы стала успешная кампания по созданию в Онтарио муниципальной системы распределения гидроэлектроэнергии. Эту кампанию возглавил Адам Бек — бывший промышленник, занимавшийся производством коробок для сигар, затем ставший политиком. Он создал коалицию из муниципальных руководителей, бизнесменов, сторонников общественной собственности, рабочих лидеров и священников, чтобы доказать, что такая естественная монополия, как электроснабжение, должна принадлежать всему сообществу, а не частным владельцам. А если этот чудодейственный «белый уголь» должен быть одинаково доступен всем жителям Онтарио для промышленных и домашних нужд, то он непременно должен находиться под государственным контролем. Эта общественная кампания начала приносить плоды в 1905 г., когда Бека включили в новое консервативное правительство провинции. Через пять лет общественная собственность стала реальностью. Хотя некоторые деловые круги, вытесненные из этой прибыльной сферы, резко критиковали «Онтарио Гидро»[349] как социалистический проект, большинство жителей провинции приняли его, поскольку он обеспечивал дешевой энергией всю развивавшуюся промышленность провинции.
