Что до Лливарха Старого, то ни одно из стихотворений, ранее приписываемых ему, теперь не считается подлинным. Скорее следует предположить, что существовала сага или цикл саг о Лливархе Старом и его 24 сыновьях, из полного текста которой сохранились только речи персонажей, написанные в стихотворной форме, и они могут относиться к IX веку. Эта теория, выдвинутая сэром Ивором Уилльямсом, тем более привлекательна, что она приводит валлийскую традицию в соответствие с ирландской. Типичной формой ирландской саги является прозаическое повествование с диалогом в стихах, и такова же древнеиндийская и, вероятно, древнейшая индоевропейская повествовательная форма[589]. Теперь предполагается, что она была характерна и для Уэльса. Но валлийские тексты соответствуют samvada или диалогическим гимнам Ригведы, стихотворным диалогам без обрамляющих прозаических отрывков; и мы можем предположить, что повествование в прозе стало исключительной прерогативой рассказчиков (cyfarwydd). Стихотворения, связанные метрическими правилами, были, так сказать, каноническими и были записаны, когда монахи начали фиксировать местную традицию, осознав ее отличие от латинской.

Лливарх Старый был князем в Северной Британии в VI веке и двоюродным братом Уриена, князя Регеда. Все его сыновья были убиты в битве еще при его жизни, и легенда изображает его одиноким стариком, погруженным в воспоминания. Приписывание ему стихотворений соответствует приписыванию баллад Ойсину, сыну Финна. Впрочем, Лливарх был историческим лицом. Дошедшие до нас поэтические отрывки, лишенные прозаического контекста, даже в тех случаях, когда текст хорошо понятен, не составляют единого целого. Чаще всего цитируются энглины из плача о старости. Как часто бывает в ранней валлийской и ирландской поэзии, строфы связываются между собой повторяющейся начальной формулой.

Плач о старости(отрывок)До того, как согнулась моя спина, я был храбр.Меня приветствовали в пиршественном залеПоуиса, райского сада Уэльса.До того, как согнулась моя спина, я был красив.Мое копье было первым в атаке.Моя спина согнута. Я угнетен и печален.Деревянный костыль, это осень.Папоротник сер, колосья желты.Я презирал то, что ныне люблю.Деревянный костыль, это зима.Люди много говорят над своим питьем.Никто не подходит к моему ложу.Деревянный костыль, это весна.Кукушки серы. На пиру свет.Ни одна девушка не любит меня.

Плач продолжается: то, что больше всего он любил, теперь ненавистно: женщина, незнакомец, молодой конь; то, что он больше всего ненавидел, теперь навалилось на него: кашель, старость, болезнь и печаль. В конце этой мрачной жалобы он даже желает смерти.

Другая группа энглинов, прежде связывавшихся с именем Лливарха Старого, как показал сэр Ивор Уилльямс, относится к утерянной саге о Кинддилане, владыке Пенгверна под Шрусбери, который жил в начале VII века и погиб в бою с англичанами. В самом деле в этих поэмах нет упоминания о Лливархе. Это речи, вложенные в уста Хеледд, сестры Кинддилана, которая оплакивает смерть своего брата. Один отрывок широко известен и заслуживает цитирования. Он начинается с плача по чертогу Кинддилана:

Чертог КинддиланаЧертог Кинддилана темен сегодня,Без огня, без ложа.Я немного поплачу, а затем замолчу.Чертог Кинддилана темен сегодня,Без огня, без свечи.Кто, кроме Бога, сохраняет мой разум?Чертог Кинддилана, ты утратил свою красоту.Твой щит в могиле;Пока он был жив, не было здесь плетня в проломе.Чертог Кинддилана темен сегодня,Без огня, без музыкантов;Слезы бороздят мои щеки.Чертог Кинддилана, мне больно видеть его,Без крыши, без огня;Мой господин мертв, а я все живу.Чертог Кинддилана печалит меня,После столь многих дружеских встреч,Что я видела у твоего очага.

Затем Хеледд описывает орлов, кричащих над телами павших:

Орел Эли
Перейти на страницу:

Поиск

Похожие книги