По свидетельству Иакова Мниха, поход Владимира на Волгу был направлен не только против болгар, но и против хазар. «И на Козары шед, победи а и дань на них положи»[1453], [31] — говорится в этом источнике. Именно к этому походу Владимира на хазар относится сообщение Мукаддаси о Руси, «нашествовавшей на них (хазар) и овладевшей их страной». Это свидетельство тем более ценно, что исходит от современника данного события, закончившего свой труд в 988/9 г. Хазары к этому времени находились уже под властью Хорезма и стали мусульманами, хотя, судя по замечанию того же Мукаддаси, власть Хорезма над ними была непрочной и Мамуну неоднократно приходилось утверждать её силой, вводя в хазарскую столицу свои войска. Вместе с тем выясняется, что победа Владимира над хазарами относится ко времени до 988/9 г., т. е. всего вероятнее к 985 г., которым летопись датирует его поход против волжских болгар.
По-видимому, борьба с болгарами и хазарами, поддерживаемыми хорезмийцами, оказалась слишком трудной для Владимира, хотя он и действовал в союзе со старыми противниками Хорезма и Хазарии — гузами. С целью облегчить задачу и сосредоточить все силы против хазар Владимир вынужден был заключить мир с болгарами, на который последние могли пойти с тем большей охотой, что все силы Руси после этого обращались против их исконных врагов хазар. Разгром, учинённый на Волге Святославом, на время приглушил болгаро-хазарские противоречия, поставив тех и других в одинаковые отношения с Русью.
Попытка Владимира вновь утвердить русскую гегемонию на Средней и Нижней Волге, однако, опять вскрыла эти противоречия. Обеспечив собственную безопасность, болгары охотно оставили хазар один на один с их могучим противником. Мир с болгарами был расценен русским летописцем как победа. Болгары сумели отбиться, в жертву были принесены хазары. Последующие попытки Владимира подчинить болгар, сведения о которых сохранились в Никоновской летописи под 994 и 997 гг., по-видимому, не изменили положения. Болгары остались независимыми от Руси. В результате более чем двадцатилетней войны Русь все же пробилась к Каспийскому морю и поставила Нижнюю Волгу если не под власть, то в сферу русского политического влияния.
В связи с этим заключением следует отметить, что какие бы ни были другие цели похода Владимира на Херсон (Корсунь) в 989 г., он, по всей вероятности, имел в виду и закрепление положения Руси на Керченском проливе — этом важнейшем звене торгового пути на восток, надо полагать, испытывавшем немалые стеснения со стороны Византии после поражения Святослава на Дунае. Тмуторокань и Белая Вежа находились на пути из Киева к Волге, и только опираясь на них, можно было держать этот путь открытым для русской торговли.
Византийский писатель Кедрин сообщает, что в 1016 г. в Хазарию был отправлен византийский флот. С помощью Сфенга, брата русского великого князя Владимира, враги империи были разбиты, а их предводитель Георгий Цуло убит[1454]. Некоторые историки полагали, что в этом сообщении говорится об окончательном разгроме остатков Хазарского царства соединёнными силами Византии и Руси[1455]. В действительности речь идёт о другом. Вопрос о направлении и цели похода 1016 г. решает находка в Херсоне свинцовой печати с надписью: «Георгию Цуло, царскому протоспафарию и стратигу Херсона»[1456]. Очевидно, хазарский правитель Георгий Цуло и стратиг Херсона одно и то же лицо. Дело, следовательно, касается не войны с независимым Хазарским государством, а восстания против Византии правителя-стратига Херсонской области империи в Крыму — Хазарии, для подавления которого Византии пришлось обратиться за помощью к Руси, к тому времени господствовавшей на Дону и Таманском полуострове[1457]. В этой связи легко разъясняется и христианское имя хазарского правителя, по всей вероятности, происходившего из аристократического хазарского, а скорее всего болгарского рода (ср. династию дунайских болгар Дуло), но находившегося на службе Византии и получившего важный чин протоспафария и управление византийскими владениями в Крыму, где жило немало издавна христианизированных хазар и болгар (чёрных)[1458] и который именно поэтому стал называться Хазарией. Кто был брат Владимира Сфенг остаётся неизвестным; Русская летопись не знает князя с таким именем. В Тмуторокани княжил сын Владимира Мстислав. Скорее всего Сфенг, как и Хельгу-Олег, был одним из варяжских военачальников киевского князя, которым тогда был уже Ярослав, на службе которого находилось немало варягов[1459].