В рассказе о походе Мервана в Хазарию столицею хазар выступает город ал-Бейда, помещавшийся где-то на нижней Волге. В качестве древней столицы хазар арабские писатели называют город Семендер[898]. Он находился у подошвы Кавказских гор в непосредственной близости к Сериру. Однако точное местоположение этого города остаётся неизвестным[899]. Арабские писатели дают на этот счёт недостаточно определённые и даже противоречивые указания, возможно, в известной части зависящие от ошибок переписчиков. В описаниях Семендера у авторов X в. главным признаком его выставляется обилие садов и виноградников[900]. Видимо, земледелие и специально садоводство было основным занятием жителей города. Надо полагать, что эта черта была свойственна Семендеру ещё в VII–VIII вв.
Перенесение хазарской столицы из Семендера в Итиль, по словам Масуди, последовало после похода Сельмана ибн Рабиаха (в действительности его брата Абд-ал-Рахмана ибн Рабиаха) в 642 г., или вернее в 653 г.[901]; но эти сведения явно апокрифичны. Во время похода Джарраха в 722/3 г. Семендер, видимо, оставался ещё столицею хазар. Только ввиду неоднократных нападений арабов на этот город при Масламе и Мерване, ставка хазарского кагана была перенесена на Нижнюю Волгу в ал-Бейда, где каган и находился в 737 г. Этого города, будто бы, достиг ещё Абд-ал-Рахман в 642/3 г.[902], а затем на него совершил нападение Джаррах в 729 г.[903]. «Армянская география», написанная не раньше последней трети VII в., ещё не знает хазарского города на Волге. В ней сообщается, что среди реки Атель (Волги) находится остров, на котором укрывается народ баслов от сильных народов хазар и бутков, приходящих сюда на зимние пастбища и располагающихся на востоке и западе от реки[904]. Бутками или бушками здесь названы башкиры — баджгурд арабских писателей. Баслы — это те барсилы, которые в армянских источниках неоднократно фигурируют вместе с хазарами и, по-видимому, совпадают с подразделением болгар, названным у арабов берсула.
В VII в., к которому относятся сведения «Географии», никакого хазарского города на Волге не было, он возник не раньше VIII в., когда арабы стали добираться до Семендера. Первоначально это, очевидно, была ставка кагана, основанная, по всей вероятности, на том острове, на котором «укрывались» баслы и где позже находился замок кагана в Итиле. Перенесение резиденции кагана на Волгу привлекло в хазарский зимовник постоянное население из представителей разных народов. Возле ставки кагана и его двора вырос торгово-ремесленный посёлок, который в IX–X вв. стал важнейшим торговым центром на перекрёстке путей, связывающих восток и запад, север и юг, тем городом, который арабские писатели называли по имени реки Итилем, но который имел ещё несколько наименований, являвшихся вместе с тем названиями его отдельных частей. Древнейшее же название этого города было ал-Бейда (Белый).
Пожалуй, самым замечательным явлением в истории Хазарии VIII в. было значительное развитие осёдлости и связанного с ней земледелия, и притом не только в старых земледельческих областях в предгорьях Кавказа и в горах южного Крыма, где земледельческое хозяйство уцелело, несмотря на опустошительные вторжения кочевых орд, начавшихся с появления гуннов, но и в приморских областях Восточного Крыма и Таманского полуострова, в низовьях Кубани и Дона, где оно было почти начисто сметено военными бурями IV–VII вв. Больше того, осёдлое земледелие возникает в глубине степной полосы и, в особенности, в примыкающей к ней с севера лесостепи, там, где в течение многих столетий обитали только кочевники и где не только в послегуннское, но и в догуннское время ничего подобного не существовало. Так например, густая сеть поселений возникает в обширной области между Донцом и Средним Доном[905], довольно частая цепь их протягивается по обеим сторонам Нижнего Дона с выходом на северо-западное побережье Азовского моря[906], появляются они и вдоль степного течения Кубани[907].
Степень изученности этих поселений ещё недостаточна, но некоторые уже подвергнуты научным раскопкам и дают возможность сделать определённые заключения. Так например, небольшой боспорский город Тиритака (близ Керчи), доживший до V в. включительно и затем запустевший настолько, что остатки его сооружений покрылись землёй, в VIII в. возродился к новой жизни. На его месте возникло небольшое поселение, совершенно не связанное с предшествующим. Стены или фундаменты жилых и хозяйственных построек этого поселения сложены из камней характерным приёмом кладки «в ёлку»; в жилых помещениях находились каменные очаги; жилища сопровождаются хозяйственными ямами; среди находок встречаются ротационные жернова[908]. Того же рода поселения обнаружены на месте древнего города Мирмекия[909], в развалинах боспорской крепости Илурат (в 17 км к юго-западу от Керчи)[910], близ с. Алексеевки — в центральной части Керченского полуострова[911], у с. Планерское (бывший Коктебель) в районе