Я вопросительно взглянула на Ородрена. Он жестом показал мне следовать примеру Владыки.
Чувствуя себя немного нелепо, я подошла к тому же самому месту, почти касаясь носом скалы. Потом осторожно шагнула влево, уверенная в том, что сейчас столкнусь со скалой. Вместо этого я оказалась за ней, встретившись там с ожидающим правителем эльфов. Скала здесь закрывала небо, а в ней располагались высокие, с изящной резьбой серые двери, с каждой стороны от них мерцал светильник.
Я изумлённо улыбнулась Владыке, шагнула вправо и назад, оказавшись снова в ущелье с Ородреном и остальными эльфами и разглядывая то, что казалось цельной скалой, покрытой папоротником. Это была отличная оптическая иллюзия. Даже сейчас, осматривая склон под разными углами и зная, что вход был здесь, я не могла его видеть.
Я шагнула обратно в нишу; за мной последовали другие эльфы.
Моим вниманием полностью завладели высокие деревянные двери, залитые мягким мерцанием светильников. Их цвет ничем не отличался от окружающих камней, края были едва заметны. На них не было ни петель, ни ручек. Их поверхность была покрыта красивой резьбой, которая подчёркивала их назначение. В центре было вырезано огромное дерево, по половине на каждой створке. Ствол переходил в большие, почти горизонтальные ветви, которые потом загибались вверх. От ветвей начинались и скрывались в густой листве витые лестницы и висячие мосты, ведущие к широкой платформе высоко над землёй. На этой платформе, почти как на палубе корабля, было вырезано большое, открытое строение замысловатой формы и правильных пропорций; его колонны и своды, казалось, росли из самого дерева. Часть балконов и лестниц пренебрегало гравитацией. Пара, в одеждах почти как у Владыки, стояла на платформе рука об руку, их окружало резное свечение, подобно ореолу. Наверно, это Галадримы. По внешним краям дверей шли надписи на незнакомом мне языке, напоминающие японское или арабское письмо, и в то же время совершенно на них непохожие. Искусство мастеров, красота дверей, их расположение в скале было поразительного качества.
- Я никогда раньше не видела такого дерева, - начала говорить я Владыке, но в этот момент откуда-то примчался Бруно, весь мокрый и грязный, и остановился возле него.
- Нет! – закричала я, пытаясь схватить пса за ошейник, но было поздно: он начал отряхиваться. Грязь полетела во все стороны и на меня. Я с содроганием посмотрела на заляпанные грязью сапоги Владыки, его одежду и плащ, концы которого были в пятнах грязи. Наконец, совершенно пристыженная, я подняла глаза на его лицо. Единственная капля грязи попала ему на щёку.
Я с трудом сглотнула. Он властно поднял подбородок и стоял, глядя на меня сверху вниз. Я начинаю понимать: это одна из его самых эффектных устрашающих и неодобрительных поз. Его глаза мрачно сверкнули от недовольства, а взгляд просверлил меня насквозь.
- Я так сожалею, - испуганно выкрикнула я, взяв за ошейник Бруно, который невинно вилял хвостом.
Грязь на наших лицах, величественная, оскорблённая поза Владыки и его молчание внезапно показались мне необыкновенно смешными. Я безуспешно сжала губы, прикрывая рукой улыбку, расползавшуюся по лицу. Я пыталась изобразить сожаление и молилась только об одном – как бы не рассмеяться в полный голос.
Глядя по сторонам на других эльфов, я обнаружила, что их состояние мало отличалось от моего, хотя им лучше удавалось его скрывать.
Повернувшись к Владыке Халдиру, я опустила руку. Не знаю, что придало мне смелости или глупости, но я подошла и стёрла ладонью каплю грязи с его лица. В качестве извинения я предложила выстирать его одежду.
Его пристальный и сверкающий взгляд стал ещё более тяжёлым.
- Наверно, я добавлю это к твоему списку.
Его ответ не предвещал ничего хорошего.
Владыка повернулся к дверям и, приложив руку к сердцу, поклонился перед ними.
- Echuivo-honda mallorn, ad lasto-nin, panno-lin elu au nin!
(Пробудись, великий меллорн, и услышь меня, открой мне своё сердце!)
Почти сразу же два эльфа выступили вперёд из темноты, по одному с каждой стороны дверей, и отсалютовали Владыке мечами. Если бы эльфы не вышли, я бы даже не заметила их. Будто по собственной воле, огромные двери открылись внутрь. За ними в колеблющемся тёплом свете фонарей был широкий сводчатый проход с гладкими стенами, проделанный прямо в скале. Я смогла разглядеть вдали ещё больше фонарей, мерцающих в полутьме.
Кажется, у меня замерло сердце, когда Владыка Халдир церемонно повернулся ко мне и жестом пригласил войти.
- Adaneth elvellon, tulo-nin au Honda edhelen!
(Войди в самое сердце нашего дома, друг эльфов!)
Хотя я не знала, что он говорит, но по торжественному тону и важному взгляду его выразительных глаз поняла значительность этого момента.
Не привыкшая к таким формальностям, я стала искать правильные слова, чтобы ответить.
- Ваше приглашение – большая честь для меня, - ответила я, кладя руку на сердце и склоняя голову так же, как он сделал около дверей, и надеясь, что достаточно хорошо выразила свои чувства. Затем он жестом попросил следовать за ним.
