Человек, занеся в очередной раз над головой, какой-то предмет, вдруг остановился и замер. Он, должно быть, услышал, приближение Марты и опустил руки. Теперь он был достаточно близко, чтобы Марта смогла понять, что то, что было у него в руках, то чем он откалывал от ледяного дна белые матовые куски, был оранжевы шлем от инженерного костюма. Такой же какой был сейчас на Марте и такие были у всех членов экипажа СИД. Марта снова остановилась, поняв, что человек услышал ее и теперь знает, что он тут не один. Какая будет его реакция? Агрессивен ли он? Во всяком случае, у нее не было с собой никаких средств защиты от нападения и оставалось лишь надеяться на его дружелюбность.
Когда человек обернулся, Марта попятилась назад, обо что-то споткнулась, упала и в ужасе выползла на поверхность из кратера. Потом она поднялась, обернулась, тяжело дыша, и увидела, что тот, кто ее так напугал, не сдвинулся с места. Он стоял все там же на самом дне и абсолютно голый, только уже лицом к ней. Стоял и улыбался. Легко и не принужденно, растянув совсем немного уголки рта, а его волосы трепетали от небольших потоков ветра.
Это был Корин.
— Тебя не может тут быть! — Она закричала и сквозь крик подумала, что возможно это первый крик в ее сознательной жизни.
— Нет, Марта. — И голос его звучал монотонно и спокойно, но громко и звонко, что было нереально для атмосферных условий Проксима b и после прохождения звуковых волн через внешний микшер защитного костюма до динамика в шлеме.
Казалось, он даже нисколько не искажался от прохождения через внешний микшер до гарнитуры в шлеме костюма, а звучал именно так, как будто они все еще сидят в мягких креслах панорамы перед магниферами и Корин вот-вот должен положить свою горячую ладонь на лицо Марты.
— Ты мертв? — Она и сама не поняла, вопрос это был или утверждение.
Он не сразу ответил, а какое-то время просто стоял и смотрел на нее не моргающими глазами, сжимая в левой руке оранжевый шлем, помятый, с разбитым забралом и болтающимися на ветру обрывками воздуховодов. Но смотря на нее, казалось, смотрел куда-то в пустоту. Каждый поток ветра на несколько мгновений покрывал его нагое тело и волосы на голове серебристым инеевым налетом, который тут же почему-то пропадал.
— Возможно. Но ты можешь мне помочь.
— Помочь?
Он снова сделал паузу
— Ты не такая как они.
— Кто они? О чем ты говоришь?
— Те, кто был создан по тому же подобию, но уже ничего не чувствует. Тебе страшно, Марта? Ты же чувствуешь этот страх? Не бойся принять свои чувства. Они откроют тебе ту часть твоей души, о которой ты забыла, но она есть. Тебя заставили ее забыть, ради того чтобы стать тем кем ты являешься сейчас. Но на самом же деле, это не ты. Ты уже знаешь, как выглядит стыд? А Марта? Знаешь? Как выглядит жалость? Как выглядит любовь?
— Я Марта Штеер! Я ученый и я не принимаю того, что сейчас вижу! Это все не реально!
— Как ты оказалась тут, Марта? Ты помнишь? Ты помнишь, чтобы ты спускалась сюда? Ты помнишь модуль, ты помнишь расстыковку, посадку? Нет?
По спине пробежал холодок ужаса. Она покачала головой.
— Это я. Я позвал тебя сюда.
— Что тебе нужно?
— Мне нужна твоя помощь, Марта. Ты должна мне помочь.
— Но чем я могу помочь? Что мне нужно делать? — Она перестала кричать и заговорила спокойным голосом, и хотя находилась от Корина на расстоянии нескольких десятков метров, знала что он, так же как она его, очень хорошо слышит.
— Я тут совсем один, Марта. Мне тут плохо. Помоги мне. Забери меня отсюда. Ты же не такая как они. Ты умеешь любить, Марта. Помоги мне.
Корин снова повернулся к ней спиной, встал на колени, поднял изуродованный шлем и снова, занеся его над головой, ударил о ледяное дно. Удар вырвал из залежи град белых холодных брызг.
Марта снова шагнула в кратер, она была объята необъяснимым желанием развернуть к себе Корина и заставить его говорить, заставить его рассказать о том, что он имел в виду под выражением: ты не такая как они.
— Что ты обо мне знаешь?
Корин снова обернулся и теперь стоял к ней совсем близко, а она увидела в этот момент на его груди рану. Небольшое рваное отверстие, с черными краями отмирающей плоти, застывшей крови и огромную гематому вокруг. Его кожа почему-то показалась ей совсем не настоящей, а будто сделанной из сверхмягкого, но упругого полимера. Марта опустила взгляд ниже и увидела его правую руку, на которой отсутствовали фаланги пальцев, белые кости острыми обломками выглядывали из черной раны, а ладонь была раздута от опухоли и скорее всего заражения тканей. Травмированной рукой он поддерживал шлем от защитного спускового костюма, а левая его рука была внутри него и держала за кусок оторванного утеплителя.
— Что с тобой произошло, Корин? — Она снова посмотрела ему в глаза и хотела коснуться его плеча, но вдруг то, что она увидела, заставило отшатнуться и отпрясть назад.
У него не было глаз.
