— Ты очень нужна Одэну, — не поворачиваясь, чуть слышно проговорил дракон, как-то уж очень кардинально меняя тему разговора.
— А тебе — нет? — я почувствовала, как бешено заколотилось сердце, и одновременно поняла, что задаю совершенно лишний, неправильный вопрос… Фрэннор прав — я сделала выбор, зачем же рву и его сердце, и свое собственное?
— И мне, — тепло взглянул на меня дракон, и улыбнувшись, вдруг открыл свои чувства.
От неожиданности у меня перехватило дыхание, потому что на мгновение я погрузилась в саму любовь и растворилась в ней без остатка. Любовь шла от Фрэннора волнами невероятной нежности, тепла и какого-то неописуемого щемящего чувства, которое заполнило меня до отказа и кажется, даже смешалось с магическими потоками, расширяя их до невероятных пределов. Дракон быстро закрылся, а я, перестав ощущать его любовь, почувствовала себя так, будто осиротела, потеряв что-то по-настоящему родное…
— Но я счастлив уже тем, что люблю тебя, — продолжал Фрэннор, — а Одэну очень нужна твоя чистая любовь, его собственная пока что слишком остро приправлена страстью.
Очень сильной страстью, которая может сжечь дотла его самого. Именно поэтому Одэн стал своеобразным ключом Тьмы — сначала открыв ей прямой путь в наши миры, а затем уничтожив печать в своем сердце, через которую Тьма текла сюда. Но без твоей любви ему вряд ли удалось бы запереть ее — это чудо, что все так сложилось. Без тебя ничего бы не получилось, Виана.
— А ты, значит, готов пожертвовать своей любовью ради запечатывания Тьмы?
Вдруг стало до невозможности обидно, что он так легко отказался от меня. И это при том, что я не сомневалась в своем выборе — я люблю Одэна и хочу быть с ним. Откуда же взялся этот глупый вопрос легкомысленного существа, каковым я никогда не являлась?
К счастью, дракон воспринял мою очередную глупость со стоическим спокойствием. Сколько ему лет, что он совершенно не реагирует ни на какие подколки, насмешки и прочие подручные средства, предназначенные для выведения людей из себя? Хотя… Дело, конечно, не в возрасте: далеко не ко всем с годами приходит мудрость. Как в той бородатой шутке — намного чаще возраст приходит один.
— Виана, настоящая любовь не может быть жертвой. Любовь — это счастье, и я счастлив, что узнал тебя и полюбил, — Фрэннор улыбался, но глаза оставались серьезными, — Так ты согласишься принять мою помощь вместо Иннара и Фэнтоса?
Хорошо, он перевел тему, ибо пока что слова дракона были для меня не более, чем фигурой речи. Как человек может быть счастливым только своей любовью, без взаимности? Не понимаю. Но возможно, еще пойму?
— Объясни, что значит — дух меча? Ты… сможешь читать мои мысли, как Иннар и Фэнтос? И нам нужно будет побрататься?
— Нет, — быстро, даже слишком торопливо ответил дракон, — я и так очень хорошо чувствую тебя, брататься нам не придется. Руны-браслеты на твоих руках останутся активными, я полностью перейду в подпространство, но духом буду связан с мечами, а через браслеты с тобой. Что касается мыслей — это не совсем чтение мыслей, это настройка на объект защиты. Если тебе понадобится помощь — я почувствую. Но и только. Не волнуйся, я не буду знать, о чем ты думаешь, и не буду видеть, чем ты занимаешься. Моя миссия — быть твоим защитником, а не шпионом, — укоризненно сверкнул своими удивительными глазами мужчина.
— Но мы сможем общаться? — успокоившись на этот счет, поинтересовалась я.
— Пока я буду духом твоих клинков — только во сне. Я даже смогу обучать тебя магии драконов. И магии Источника, разумеется.
Губы непроизвольно расплылись в счастливой улыбке. Вот это по-настоящему здорово.
— Конечно, я согласна!
Фрэннор в ответ улыбнулся так светло, что меня наконец-то постепенно начало отпускать… Мучительное ощущение грядущей невосполнимой потери, которое терзало меня с момента нашего появления в Далаке, пропало. Вернулись спокойствие и умиротворение.
Мужчина внимательно наблюдал за мной, видимо, чувствуя происходящие перемены, и синие всполохи в черноте драконьих глаз сияли необкновенной радостью, словно он предвидел что-то очень и очень хорошее, чего я пока что даже не предполагала.
— Помнишь, куда ты попала во сне на обучение? — вдруг спросил Фрэннор, и я кивнула, — Это Гербовый зал нашей Школы. В его центре находятся Врата Выбора — красная звезда. Ими не пользовались уже много столетий, они определяют, к какому Дому будет относиться тот, кто переродился в дракона. Таковых не было уже очень давно, ты первая. По правилам, нужно встать на Врата, и они укажут герб твоего нового Дома. Но я хочу попросить тебя примкнуть к моему — кроме меня, в нем никого не осталось. В остальных есть по два-три дракона, в некоторых и больше. Принадлежность к моему Дому добавляет уровень силы почти втрое по сравнению с другими драконами.
— Это совершенно неважно, — улыбнулась я, — я бы согласилась даже в том случае, если бы твой Дом уменьшал силу. Но мне, как всегда, повезло, — пришел мой черед подмигивать Фрэннору.
