— А почему бы и нет? — вновь рассмеялся он, похоже этот Дым просто очень смешливый. — Прямо так сразу все тебе расскажи. Иди лучше работать, Страшила, а то как бы Гран за поварешку не взялась.
Я чуть было не сказала, что уже взялась, но что-то меня остановило. Откуда я знаю, кем эти двое приходятся друг другу, и вообще, что тут за иерархия и отношения, надо держать ухо востро.
Не удержавшись, я напилась из кадки для умывания (такой вкусной воды мне еще не приходилось пробовать), и прихватив метлу, ведро и тряпку, вернулась на кухню, а оттуда сразу прошла в таверну. Гран проводила меня недовольным взглядом, но ничего не сказала.
В зале никого не было, он был темным, мрачным и очень-очень грязным, словно тут много лет не делали уборку. Деревянный пол, похоже, не мыли вообще ни разу, стены уделаны до невозможности, столы, вроде как и протертые, но все равно грязные, засаленные, ужас. Напротив барной стойки погасший камин. На деревянных балках под потолком и по стенам висят явно очень тяжелые канделябры, рога каких-то животных и несколько картин, на которых крайне примитивно изображены натюрморты из отрубленных голов животных с бутылками вина, плотские утехи и просто голые женщины. И все это тоже в саже, копоти и пыли. Да еще лестница на второй этаж, видимо, там живут хозяева, а может, и для постояльцев есть комнаты.
Сколько же времени мне понадобиться, чтобы привести эту берлогу в нормальное состояние?
Я все еще старательно выметала пол, когда в зал вошел грузный пожилой мужчина, отдаленно напоминающий внешностью Дыма.
— Очнулась наконец-то? Еще день — и я бы вышвырнул тебя на помойку! Это же надо отдать добрую курицу за такую страшную девку, да еще и больную! Гран, похоже, тронулась умом.
— Я все слышу, Валтасар, — раздался с кухни голос Гран.
— Я не больна, со мной все в порядке, — решилась я подать голос.
Было противно, отвратительно, мерзко. Но пока я не представляла, что могу сделать, чтобы выйти из этой ситуации. Страха почему-то не было, недоумения тоже — в том смысле, что похоже закалка, выработанная чтением фэнтези, помогла не только не рехнуться, я даже не особенно удивилась произошедшему. Ну а что? Если написано столько книг на тему попаданок, вполне вероятно, что все это имеет под собой реальную основу.
Сразу вступать в конфронтацию с местными обитателями мне показалось неправильным, поэтому пока решила присмотреться, авось получится что-то придумать. Ох уж он, этот русский «авось»…
— Не больна, ага, конечно, чего же тогда валялась в койке три дня? — проворчал Валтасар, но ответа, к счастью, ждать не стал, а вдруг вкрадчиво так поинтересовался, — Может, ты бытовой магией владеешь? Руками-то будешь оттирать здесь все не один день.
— Не знаю, а как это проверить? — заинтересовалась я, почувствовав надежду на освобождение.
— Да очень просто. Колдани, чтобы все очистилось.
— Как колдануть? — не поняла я.
— Значит, не владеешь, иначе глупые вопросы не задавала бы, — тут же вернулся прежний, грубый командный тон, — три давай руками, не языком. Скоро народ начнет подходить, некоторые завтракать приходят.
Я пожала плечами. Будто бы это я к нему с разговорами пристаю. А про магию-то все же как-то надо бы выяснить. «Колдани». Может, надо просто пожелать, да и все?
Продолжая работать руками, я пробовала так и этак, даже бормотала все возможные варианты заклинаний из всех известных мне книжек про магию. С большим отрывом, конечно же, побеждал «Гарри Поттер», но никаких результатов добиться не удалось, кроме того, что Валтасар приказал шевелиться быстрее, иначе он даст мне пинка. Памятуя о том, что трактирщик сможет выполнить свою угрозу, мне же придется терпеть (кошмар, столько лет учиться боевым искусствам, а когда пришла пора по-настоящему защищаться, мне перекрыли кислород), постаралась ускориться, параллельно раздраженно думая, что радоваться такому попаданству пока что как-то не тянет.
В следующие два часа я закончила мести пол, и уже довела почти все столы до более-менее приличного состояния, остались два последних в самом дальнем и темном углу, когда на двери задребезжал звоночек, и вошел очень большой мужчина. По сравнению с ним Дым мог показаться почти щуплым.
Через всю правую сторону словно высеченного из камня лица незнакомца шел глубокий шрам, заканчивающийся черной повязкой, которая закрывала правый глаз. Своим единственным левым глазом, он внимательно и очень хмуро посмотрел на меня, потом перевел взгляд на стоящего за барной стойкой Валтасара.
— Новенькая?
— Да, Таймур. Новая подавальщица, и не только, — он как-то глупо хихикнул, — не желаешь опробовать? За счет заведения.
