История науки полностью

Новый динамизм идея формализованной оценки труда научных работников получила в рамках «карповской системы». В конце 1960-х годов в Физико-химическом институте имени Карпова балльная оценка труда научных работников (не слишком отличающаяся от того, что использовалось при подведении итогов социалистического соревнования) была напрямую увязана с получаемой ими заработной платой. Этот опыт был рекомендован для распространения в других Институтах, однако мудрые академики спустили эту идею на тормоза.

Подробную и убедительную критику идеи балльной оценки труда научных работников дал Сергей Георгиевич Кара-Мурза (род. 1939) в своей книге «Проблемы организации научных исследований». М.: Наука, 1981. – 205 с. К аргументам, которые изложены в этой книге, я бы добавил ещё три, на мой взгляд, самых главных.

1. В основе системы балльной оценки труда научных работников лежит ПРИНЦИПИАЛЬНО ПОРОЧНАЯ идея о том, что можно управлять наукой, не разбираясь в ней по-существу и отслеживая какие-то формальные показатели.

2. Балльная система оценки труда научных работников неявно исходит из того, что научно-исследовательский процесс будет протекать более эффективно, если за спиной у исследователя будет стоять надсмотрщик. Бесплодность подобного подхода убедительно показал выдающийся русский поэт и государственный деятель Гавриил Романович Державин (1743–1816):

3. Балльная система оценки труда научных работников выгодна дельцам и карьеристам и невыгодна исследователям, которые действительно интересуются наукой и для которых содержательная сторона научной работы стоит на первом месте.

Любые балльные оценки поощряют научных работников, которых один мой знакомый образно назвал «товароведами». Таких исследователей интересует не истина, а возможность продать результаты своей работы. Они очень хорошо знают, что сегодня продается и почем. Товароведы работают «в струе» и ориентируются на получение гарантированного результата.

Главное, что Виктор Ильич вынес из тех лет, было ясное понимание того, что темы в науке бывают разные. Один вариант: «да» или «нет» – работы высокого класса получаются из таких тем. Но это если выйдет «да», если же «нет» – для науки все равно, но человек, как таковой, на этом «нет» сгорает. Другой вариант: «Да, да, да!», какое оно, это «да», опишем его подробно, его распространенность, мощность, метеорологические условия за последние двести лет, а американские авторы считают так-то и так-то, к тому же новейшие методы исследования, изотопы, на этих пластах не применялись – блеска не жди, но и осечки не будет, только правильно найти тему, только терпение, не отвлекаться, только накапливать, накапливать материал и точно угадать момент, когда сложится наилучшая для защиты ситуация. (Л. С. Розанова. «Защита через месяц». В кн. «Л. С. Розанова. «Три дня до отпуска». М.: Молодая гвардия, 1973. – 448 с.». С. 131).

Реальную науку все-таки двигают другие работы.

Первой жертвой балльной оценки станут наиболее талантливые исследователи, которых интересует истина, а не собственный рейтинг. Они просто не смогут выжить в атмосфере всеобщей погони за формальными показателями.

Из этих трех аргументов неизбежно следует четвертый:

Балльная оценка труда научных работников запускает процесс деградации научного сообщества со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Все это будет справедливым как при использовании примитивных показателей, наподобие тех, с помощью которых подводились итоги социалистического соревнования, так и при использовании показателей, основанных на последних достижениях науковедения, например, индекса Хирша. Эти показатели могут быть полезными, как информация к размышлению. Но не как основание для принятия каких-либо управленческих решений.