Здравый смысл победил. Он спрятал отвертку в сумку и, выбравшись из кресла, на неожиданно негнущихся ногах подошел к картине. Даже невооруженным глазом было видно: картина так себе, дешевая подделка. Он снял ее и положил на пол рядом с собой. Тут же его взору предстала крышка из сверкающей стали. Левин приблизился к ней и разглядел отраженное в полированной металлической поверхности собственное лицо. Правда, оно было как в комнате смеха: гротескно огромный нос, впалые щеки и яйцевидная голова. «Гоблин», – подумал про себя Левин и, улыбнувшись, достал из кармана сложноузорчатый ключ, которым стал тыкать в замочную скважину. Металлический лязг возвестил, что путь в нутро сейфа открыт.
С волнением он потянул ручку на себя. Плавно открылась дверца. В сейфе лежали две стопки денег, наручные часы известной швейцарской марки, бланки, штампы и печать, а также порнографический журнал. Муж Надежды хоть и был респектабельным человеком, но грешки за ним водились. Журнал был самым безобидным из его списка.
Деньги сразу перекочевали в сумку, а часы на руку. После небольшого раздумья следом за деньгами в сумку отправились атрибуты предпринимательской власти: авось пригодятся. На журнале он немного заострил внимание, полистал страницы, зацокал языком, вздохнул и бросил его обратно в сейф, который тут же закрыл. Повесив на место картину, Левин осмотрелся, сравнивая первоначальный вид кабинета с тем, каким он его оставляет. Вроде все было чисто, нигде он не наследил. Он удовлетворенно вздохнул, выключил свет, поднял жалюзи и вышел из кабинета, освещая дорогу карманным фонариком.
Он вышел из здания так же незаметно, как и вошел. Повернул за угол и растворился в темноте, справа огибая будку с охранниками. Перебежками он добрался до бетонного забора, перемахнул через его и уже на той стороне снял шерстяную маску и кожаные перчатки, которые одел на всякий случай: вдруг в офисе работала камера наблюдения. Упаковал все это в полиэтиленовый пакет и через сто метров, там, где заканчивалась длиннющая ограда и начиналась шоссейка, запустил его в мусорный бак. После чего уже более уверенно направился к стоящей неподалеку одинокой машине.
– Все хорошо, Андрюша? – увидев Левина, спросила Надежда.
Она сидела за рулем подаренной ей мужем «ауди-80» цвета вишни-скороспелки. От напряжения ее пальцы прямо-таки впились в рулевое колесо, что побелели костяшки. Впрочем, белизна была повсеместно. От испуга ее глаза были широко открыты, а губы еле шевелились.
– Все нормалек! – пытаясь казаться невозмутимым, ответил Левин и расположился на переднем пассажирском сиденье, а сумку бросил на заднее.
– Что-нибудь нашел?
– Да так, мелочь. Зато нашел в сейфе твоего мужа кучу фотографий обнаженных женщин. Ну и кобель же он у тебя. Я же говорил: ему верить нельзя!
– Скотина, – вырвалось у нее и она, не мигая, уставилась в темноту, которая неожиданно стала трансформироваться.
Сначала на дороге появились два пятнышка, которые стремительно росли прямо на глазах, пока не превратились в яркий свет автомобильных фар. Чья-то машина в этот поздний час явно двигалась в их сторону. Остатки сомнений развеялись, когда над ее кабиной нимбом заиграла милицейская «светомузыка».
Надино лицо еще сильнее побледнело и безобразно вытянулось. Она невольно схватила ладонь Левина и с силой сжала ее. Его пальцы сразу же стали мокрыми.
– Веди себя естественно, – прошептал он и положил руку ей на плечо.
Милицейская машина крякнула и остановилась прямо перед капотом «ауди». Хлопнула дверь и мелькнула фигура.
Из-за яркого света, ослепляющего глаза, трудно было разобрать, кто вышел из автомобиля и какие у него намерения. Надины чувства, напротив, легко читались. Она дрожала, словно осиновый лист. Казалось, еще мгновение, и она либо потеряет сознание, либо истошно завизжит.
В окно со стороны водителя постучали. Левин почувствовал, как Надя вздрогнула и обмякла.
– Открой дверь, – приказал он.
Женщина его послушалась и дернула за ручку. Из темноты в салон всунулось широкое, добродушное лицо в зимней милицейской шапке.
– Сержант Лаврентьев. Ваши документы.
– Сержант, а в чем дело? – сурово спросил его Левин.
– Обычная проверка. Выйдите из салона и покажите документы, – требовательно произнес милиционер и включил ручной фонарик. Свет теперь ударил и сбоку.
– Товарищ сержант, ты разве не видишь, что мы с девушкой встречаемся. Мы же ни кому не мешаем.
– Вижу, что не с юношей, – захихикал милиционер. – С кем бы вы ни встречались, здесь не место. На прошлой неделе неподалеку мы труп молодой женщины обнаружили. Может, вы и есть тот самый маньяк. Приезжаете сюда с девушками, а уезжаете уже без них.
– Что вы ерунду городите. Никакой я не маньяк. Скажи ему, Надя.
– Это мой молодой человек, – кивнула она.
– Что-то он на молодого человека совсем не похож. Вы уверены, что его хорошо знаете?
– Уверена.
– Ну тогда ладно. Не буду докучать. Голубки, – улыбнулся сержант и исчез в темноте. Снова хлопнула дверь. Милицейская машина сдала назад, развернулась и с ревом уехала восвояси.
