— Ну я и не обычный человек.
— Ну да, — я улыбнулась, — но и на охотника из сказок ты не дотягиваешь.
Он даже обернулся ко мне.
— Да ладно! Всё настолько плохо?
— Ну почему же. Ты пользуешься оружием, которым они никогда не пользовались. Но мне кажется, что они были сильнее и быстрее чем ты. Словно ты человек, которому пересадили способности охотников.
— О как, — он почесал затылок. — Мне даже страшно представить, какими они были.
— Мне тоже. Нам рассказывали, что последний клан охотников, который очень долго скрывался, погиб сто лет назад в сражении за свободу. Они приняли сторону мятежников в бою с войсками Объединённых Союзом Центральных Независимых Государств. Тогда погибло очень много воинов и ведьм с нашей стороны, но нам удалось разбить их армию.
— А за что они сражались?
— За свою свободу. Они были рабами. Однажды один из них поднял бунт, и они очень быстро превратили страну в руины. Ситуация могла стать ещё хуже, и война могла перекинуться на соседние страны. Тогда было решено, что мы вступим в бой, чтоб остановить их.
— Если я правильно понял, они сражались за свободу.
— Но методы, которые они использовали, были кошмарными. Причём мне кажется, они хотели не свободы.
— А чего?
— Мести. Мести за своё унижение, за потерянных близких, за всё то горе, что принесло им королевство. Им уже было всё равно, свободны они или нет.
— Их можно понять. Они потеряли своих близких и конечно захотят поквитаться с теми, кто жил на их спинах всё это время.
Я пожала плечами.
— Как бы то ни было, королевство было уничтожено и потом на его месте появилось несколько маленьких государств. Армия мятежников была разбита. Охотники на ведьм были уничтожены. И те сведения, что сохранились, были до этого момента самыми свежими.
— А потом появился я.
— Да. А потом появился ты. Словно новый вид ушедшего народа.
— Я даже не знаю, воспринимать это как комплимент или как оскорбление.
— Да ладно тебе, — я положила ему руку на плечо, и он посмотрел на меня, — я никогда не хотела тебя обидеть. И ты, кстати говоря, об этом прекрасно знаешь.
— Ну не знаю. Я знаком с тобой не так уж и долго, чтоб сказать, что хорошо тебя знаю.
— Тебе бы лишь бы глупость сказать. — Я шутя его оттолкнула. — И кстати, сколько тебе лет? Я только раз задавалась этим вопросом, но так и не пришла к единому выводу.
— А сколько ты бы мне дала?
— Ну… — я приложила палец к подбородку, задумавшись над этим. — Наверное около шестнадцати. Может восемнадцать или двадцать где-то так. Я угадала?
Он хмыкнул.
— Так я и ответил тебе.
— Ну и злой же ты! Ну хорошо, тогда отгадай мой возраст.
Он почесал голову.
— Прежде чем я скажу, ответь: вы стареете так же, как и простые люди?
— В каком смысле? — не поняла я.
— Ну в плане внешности, — объяснил Инако. — То есть у вас не такого, что тебе там уже сто лет, а ты выглядишь на шестнадцать.
— Конечно есть, пусть и встречается очень и очень редко.
— Ясно. Тогда тебе наверно шестнадцать.
Я даже обрадовалась.
— Ой, ты считаешь меня такой молодой.
— Нет, я отталкиваюсь от твоего поведения.
— ЧЕГО!?!?!? — я аж окосела.
— Ну у тебя поведение, как у ребёнка.
Вот что он точно умеет, так это выводить меня из себя.
— Да ты! Ты знаешь что, умник!? Это прямое оскорбление!
— Неправда. Это вывод на основе наблюдений.
— Да какой ещё вывод! Ты меня назвал по уровню развития ребёнком!
— А разве ребёнком быть плохо?
— Это значит, что для своего возраста я тупая!
— Ну, это уже ты так сама решила. И поправь меня, если я не прав, но, не видя моего лица, ты основывалась на том же самом, не так ли?
Я хотела возразить, но… Возразить было нечего, я основывала своё мнение на его поведении.
— Так, — буркнула я.
— Ну вот. К тому же я не говорил про твой уровень развития. Даже не сомневаюсь, что ты очень умная…
— Лесть тебе не поможет заслужить моего прощения!
— …просто я вижу твоё поведение. Жизнерадостность, любознательность, непоседливость, жажда приключений. Это всё свойственно для молодых, но не как не тем, кому уже за сорок. Хотя есть и исключения.
— Ладно, считай, что я уже почти не злюсь на тебя, — великодушно почти простила я его.
— Так я угадал с возрастом?
— Почти. Мне восемнадцать.
— Ясно.
Он замолчал и отвернулся.
— Погоди-ка, ты не сказал мне свой возраст! — воскликнула я.
— Зачем?
— Но я же сказала тебе свой!
— Это ты сама решила сказать мне его. У нас не было уговора, что если ты скажешь мне свой, то я скажу тебе свой.
— Ты обманщик!
— Неправда.
— Нет правда. Ты говорил, что…
Он резко поднял руку, что заставило меня резко замолчать и вздрогнуть. Подсознательно я тоже сразу стала искать врага глазами, однако никого не видела.
— Где он? — шёпотом спросила я.
— На пол-одиннадцатого, второй этаж.
Эм… Я даже представить не могу, что он хотел этим сказать. На пол-одиннадцатого? Это вообще что значит?
— Где?
— На пол-одиннадцатого.
— Это где?
Он вздохнул.
— Спереди слева, балда.
Я посмотрела туда, но всё равно ничего не увидела.
— Там ничего же нет.
— Просто оно прячется, — теперь он заговорил громче. — Скорее всего оно не будет нападать.
— С чего ты взял?
