История одной гёзде полностью

Май 1794 год

   В один из прекрасных весенних вечеров в русском посольстве Стамбула горели яркие огни, а также не смолкали музыка и смех гостей на балу. Дипломат Аркадий Лицын, расхаживая по большому и светлому залу, наблюдал за гостями и удивлялся тому, как политика может повлиять на моду. Ещё каких-то два года назад он щеголял в парике и в облегающих ярких камзоле и панталонах, а женщины с напудренными лицами и в париках ходили в широких платьях на фижмах. Теперь же мода кардинально изменилась, спасибо молодой Французской республике. Дамы, освободившиеся от париков и старых моделей корсетов, разоделись в свободные платья в неогреческом стиле. Костюмы же мужчин стали менее вычурными: панталоны более длинными, а камзолы чуть короче.

   И только одно не изменилось: облик османского человека. На балу присутствовали несколько султанских чиновников. Эти паши презрительно смотрели на развлечение неверных, но приказ султана Селима был ясен: для подержания дружественных отношений с европейскими державами, представители Высокой Порты должны почтить своим присутствием все мероприятия посольств. Оглядев пашей, Аркадий Васильевич подошёл к своему коллеги.

- Мда, этих дикарей ничто не исправит. - с отвращением прошептал Лицын, - Как бы султан Селим над ними не бился.  

- О, Аркадий Васильевич, вы абсолютно правы! Такие люди как Пётр Великий рождаются раз в столетие, и султан Селим не относиться к их числу.  

- Раз в столетие? А как же наша государыня Екатерина Алексеевна?  

- Наша императрица лишь улучшила то, что Пётр Великий создал из обломков старины.  

- Не могу не согласиться.  

- Кстати, вы уже видели князя Нелидова?  

- Нет, я целый день был по делам в городе, и не смог встретить корабль в порту. Думаю, самое время представиться. 

   Покинув коллегу, Аркадий в толпе гостей нашёл князя Александра Нелидова. Мужчина глубоко в летах разговаривал со своим сыном Дмитрием. Юноша с улыбкой рассказывал о своей работе в посольстве. По спокойному выражению лица Нелидова-старшего, Лицын понял, что Митя не рассказывал о его романтическом увлечение шпионкой из гарема.

“Он же не дурак, чтобы говорить об увлечение крепостной девкой!” - подумал Аркадий перед тем, как подойти к отцу и сыну.

   Увидев Лицына, улыбка с лица Мити пропала.

- Александр Артамонович, - Аркадий, как того требовал этикет, поклонился князю, - Добро пожаловать в Константинополь. Надеюсь, вас хорошо встретили.  

- Благодарю, приём оказали достойный. - князь повернулся к сыну, дабы тот представил гостя.

- Батюшка, это Аркадий Васильевич Лицын - сын графа Василия Лицына. - немного не уверено Митя представил дипломата.

- Я рад познакомиться. - улыбнулся Александр.

- Я тоже очень рад. - Аркадий сначала посмотрел на князя, а затем на его сына, - Дмитрий о вас очень много рассказывал.  

- Что ж я рад, что мой единственный сын не забывает родного отца. Кстати, Митя, я тебя должен кое с кем познакомить.

   Александр Артамонович вместе с Митей и Аркадием подошли к очень крупному в телосложение и низенькому по росту мужчине с морщинистым лицом. На его фоне резко контрастировали две юные девицы, стоящие рядом.

- Платон Тимофеевич, - радостно воскликнул Александр, подойдя к другу, - Митя, Аркадий Васильевич, это князь Корнилов.  

- О, Александр Артамонович, наконец, вы представили вашего сына! Очень рад! - затем Платон обратил внимание на девиц, - Это мои дочери: Елизавета и София.