Приход Гитлера к власти послужил лейтмотивом для оживления контрреволюции во многих странах, особенно в Европе. Сам нацизм всячески поощрял ее и считал составной частью своих планов завоевания мирового господства, рассматривал ее в качестве тайного аванпоста фашизма и его вооруженных сил в деле подготовки измен в своих странах, организации шпионажа, диверсий и террора.
Главное устремление Гитлера было направлено на Советскую Россию, где в то время уже имелась хорошо организованная, глубоко законспирированная и достаточно сильная оппозиционная организация, которую много лет возглавлял Троцкий. На нее как раз и возлагало свои надежды гитлеровское руководство. Хотя Троцкий и находился уже в изгнании, все же он оставался ее лидером и идейным вдохновителем всех ее практических дел. Главная задача, которую вынашивал Троцкий, заключалась в том, чтобы свергнуть советское партийное и государственное руководство и захватить власть в свои руки.
После Октября Троцкий возглавлял небольшую группу левых внутри большевистской партии. Но она уже тогда располагала обширными связями среди меньшевиков, эсеров, различного рода отщепенцев внутри страны, а также за границей. Члены этой группы пробрались на важные посты в правительстве, армии, государственных учреждениях и общественных организациях.
Эта оппозиция постепенно росла и действовала двумя путями: с легальных и нелегальных позиций. В первом случае ее члены несли открыто в массы через средства информации, партийную трибуну свои идеи, взгляды, выставляли свои политические платформы, навязывали партии и руководству страны дискуссии по различным вопросам партийной и хозяйственной жизни. В другом случае — на базе этого оппозиционного движения создавалась тайная заговорщическая организация, построенная по “системе пятерок”, которая ранее применялась эсерами и другими антисоветскими организациями.
На открытой партийной трибуне руководители и члены этой нелегальной организации дискутировали, выступали друг против друга, уходили даже в оппозицию самим себе, но за кулисами встречавшись на тайных совещаниях и вырабатывали свои тактические и стратегические планы. Руководителями ее были Троцкий, Бухарин, Каменев, Зиновьев, Радек, Пятаков и другие.
Таким образом, к 1923 году эта тайная организация приобрела всероссийские масштабы со своей нелегальной связью с помощью кодов, шифров, паролей, явок. Ее ячейки были созданы во всех звеньях советского аппарата и особенно в армии.
“В 1923 году, — писал Троцкий в своей брошюре “Лев Седов: сын, друг, борец”, — Лев с головой ушел в оппозиционную деятельность. Он быстро постиг искусство заговорщической деятельности, нелегальных собраний и тайного печатания и распространения оппозиционных документов. В скором времени в комсомоле выросли собственные кадры руководителей оппозиции”.
Если внутри страны троцкистская тайная организация обрела свои формы и располагала своей системой связи, то ее слабым местом было отсутствие контактов и поддержки из-за границы. И Троцкий прилагает все усилия к созданию таких возможностей через своих сподручных, назначенных послами и торгпредами в европейские страны.
Одним из них был близкий друг и последователь Троцкого — Николай Крестинский, бывший адвокат, назначенный в 1922 году советским послом в Германию. По поручению Троцкого Крестинский вошел в контакт с командующим рейхсвером генералом Гансом фон Сектом.
Так стали поступать регулярно из Германии 250 тыс. марок золотом на ведение нелегальной работы троцкистской организации и в качестве оплаты за передачу секретных сведений военного характера. Вместе с тем Троцкий и его организация должны были оказывать содействие в выдаче виз и въезде германских разведчиков на территорию Советского Союза.
В борьбе за власть в Советской России развернулась активная оппозиционная и нелегальная работа. Как писал впоследствии Троцкий в “Моей жизни”, “к этой борьбе примкнули всякого рода недовольные, непристроенные обозленные карьеристы ... Шпионы, вредители из Торгпрома, белогвардейцы, террористы устремились в нелегальные ячейки. Они стали собирать оружие, начала формироваться тайная армия”.
Там же Троцкий пишет о разговоре с Зиновьевым и Каменевым: “У нас должна быть политика дальнего прицела, мы должны готовиться к длительной и серьезной борьбе”.
Сложившаяся после смерти Ленина обстановка, широкое наступление троцкистов позволили Борису Савинкову тогда решиться на рискованный шаг и “нелегально проникнуть” в Советскую Россию в целях осуществления контрреволюционного мятежа.
В своей книге “Великие современники” У.Черчилль, вынашивавший огромные надежды на этот заговор, писал: “В июне 1924 года Каменев и Троцкий совершенно ясно предложили ему (Савинкову) вернуться”. Черчилль даже указывает, что “Савинков тайно поддерживал связь с Троцким”.
