Естественно, что такая активная деятельность Троцкого и его приближенных не могла не оказаться в поле зрения местных органов госбезопасности. Реакция последовала немедленно. К Троцкому прибыл представитель Советского правительства, и, как он пишет в “Моей жизни”, ему было сказано следующее: “Деятельность Ваших политических единомышленников в стране приняла в последнее время явно контрреволюционный характер. Условия, в которые Вы поставлены в Алма-Ате, дают Вам возможность руководить этой деятельностью ...”. Советское правительство потребовало от Троцкого прекращения этой подрывной работы и заявило, что в противном случае к нему будут приняты меры как к изменнику Родины.
Троцкий не внял этому предостережению, в связи с чем его дело было рассмотрено Особым совещанием при ОГПУ в Москве и 9 февраля 1929 года в “Правде” было дано следующее сообщение: “Л.Д.Троцкий за антисоветскую деятельность выслан из пределов СССР. С ним, согласно его пожеланию, выехала его семья”.
Троцкий потерпел еще одно фиаско. Однако он знал, что в стране осталась сильная нелегальная организация, способная вести борьбу за власть при поддержке извне, которую он постарается организовать и оказать ей. Еще будучи в Алма-Ате, он дал указание своим единомышленникам, с учетом оценки ошибок, изменить тактику дальнейшей борьбы. В этом он вынужден был последовать советам своего ближайшего друга, самого изворотливого троцкистского стратега, немецкого агента Николая Крестинского, который в своем письме изложил Троцкому план действий на будущее.
Он писал 27 ноября 1927 года: “Нелегко пытаться продолжать открытую агитацию против Советского правительства. Вместо этого троцкисты должны постараться вернуться в партию, занять ответственные посты в Советском правительстве и продолжать борьбу за власть в самом правительственном аппарате ...
Медленно, постепенно, упорной работой внутри партии и советском аппарате можно восстановить доверие масс и влияние на них” (СО. С.143, 145).
Троцкий одобрил план Крестинского, направил своим ближайшим соратникам по борьбе инструкцию вернуться обманным путем в партию, законспирироваться и занять более или менее ответственные посты. После этого троцкисты стали “отмежевываться” от него и подавать заявления о восстановлении их в партии. Так сделали Каменев, Зиновьев, Пятаков, Радек и многие другие[38].
После ссылки Троцкого лидером оппозиции стал Н.И.Бухарин. Он считал, что Троцкий действовал опрометчиво и его провал был связан с отсутствием поддержки других антисоветских сил в стране. Он решил исправить эту ошибку и объединить в своих рядах правую оппозицию от Председателя Совнаркома Рыкова и Председателя профсоюзов Томского до кулацких элементов при тайном сотрудничестве с агентами “Торгпрома” и меньшевиками. На конспиративных встречах с представителями Троцкого и агентами других подпольных организаций Бухарин разработал программу правой оппозиции, о чем впоследствии на процессе показал: “Если формулировать практически мою программную установку, то это будет в отношении экономики — государственный капитализм, хозяйственный мужик — индивидуал, сокращение колхозов, иностранная концессия, уступка монополии внешней торговли и результат — капиталистическая страна ... Внутри страны наша фактическая программа — это ... блок с меньшевиками, эсерами и прочими ... Сползание ... в политическом смысле на рельсы, где есть, несомненно, элементы цезаризма ... элементы фашизма” (СО. С.341-342).
Массовой базой для осуществления своих планов Бухарин считал крестьянство, поддерживаемое средствами массовой информации, которые находились в его руках, и государственным аппаратом. Поводом для выступления правых послужило принятие партией и проведение в жизнь первого пятилетнего плана.
Лев Троцкий прибыл на теплоходе в Стамбул (Константинополь) 13 февраля 1929 года. Вскоре “красный Наполеон” с семьей и многочисленной челядью: секретарями, референтами, единомышленниками и сотрудниками охраны — поселился на живописных черноморских Принцевых островах, где и основал свою политическую штаб-квартиру.
Правой рукой Троцкого во всех его делах по-прежнему оставался сын — Лев Седов. Он руководил отныне всем штабом отца, состоявшим из многочисленных помощников из числа иностранцев. Весь остров и особенно резиденция Троцкого охранялись большими нарядами полиции. В аппарате Троцкого появились новые люди с авантюристическими устремлениями и наклонностями. Это были русские, немцы, французы и лица других национальностей.
Остров кишел журналистами, реакционными политическими деятелями, антисоветчиками, белогвардейцами и приверженцами “перманентной революции”. Троцкого буквально осаждали ренегаты коммунистического и социалистического движений, частыми гостями стали представители английской и других разведок.
