А из темноты леса за ней продолжали наблюдать два светящихся изумрудных глаза до тех пор, пока в свете пламени не появился её учитель. И только после этого зверь развернулся, и огромными прыжками помчался по лесу, развивая невероятную скорость, не смотря на различные препятствия. Он перепрыгивал огромные расщелины, буреломы и болота, низкими скользящими прыжками, будто перелетая через них. Наконец кошка завершила свой путь, остановившись перед небольшим водопадом. Над головой животного зашуршали кроны деревьев от внезапно возникшего порыва ветра. Однако казалось, ни пронизывающий ночной ветер, ни листья, сотнями посыпавшиеся с деревьев, ни взволнованные ночные птицы, нестройным хором заголосившие в лесу не смутили зверя. Он коротко рявкнул, и в мгновение ока под его лапами началось какое-то шевеление. Казалось, сама ткань пространства искажалась, изменялась, волнами поднимаясь всё выше и выше, пока животное не оказалось в центре водоворота из всевозможных образов и картинок. Водоворот продолжал увеличиваться, пока полностью не скрыл кошку. А в следующее мгновение он исчез без следа, будто ничего и не было. Зверь исчез.
Он оказался в долине между высочайших гор, длинной цепью устремлявшихся во все стороны, куда не глянь. Поразительные деревья причудливых форм напоминали фантастические. Кошка взглянула на небо. Здесь, в этом месте, на востоке оно уже начинало светлеть, но большая часть звёзд была по прежнему видна. Изумрудные светящиеся глаза, казалось, смотрели задумчиво. Неожиданно зверь произнёс, тихим, рычащим голосом:
— Она подойдёт… да, она подойдёт…
Прямо перед ним, будто из ниоткуда возникло ещё одно животное. Огромная тёмно-серая кошка, в свете луны казавшаяся голубой. Он возвышался над серым зверем более чем в два раза, будучи чуть более чем три метра высотой.
— Да, Ш-ш-у, — кивнул гигант. Его глаза были серебристыми, подобно луне и звёздам. — Как я и пр-р-редс-сказывал…
Шу оторвал взгляд от неба, уставившись на огромного тёмно-серого кота, кивнул.
Она подойдёт, ведь такова её судьба, а судьбу изменить нельзя… так думал Шу, огромный светло-серый кот со светящимися изумрудными глазами…
Комментарий к История четвёртая. Ночной гость
Новая глава задержалась аж на месяц. Оказывается, писать без соавтора намного труднее…
========== История пятая. Небесная башня ==========
Вернувшись из непроглядной тьмы ночного леса, Акитакэ с тщательно скрытым изумлением осмотрел Кушину, стоящую спиной к костру и подозрительно пристально вглядывающуюся в ночную тьму. Вид она имела напряжённый, и, кажется, даже не заметила его появления. Ан, нет, заметила, вон как бровь выгнула.
— Кушина, что-то произошло? — скрывая интерес в голосе, спросил Акитакэ. Девочка медленно обернулась, окинула его изучающим взглядом, и, неопределённо пожав плечами, нахмурилась. Ещё несколько секунд она рассматривала своего учителя, а после, как-то странно недовольно выдохнув, всё так же медленно и плавно опустилась на землю чуть в отдалении от костра, так, что Акитэ не мог разглядеть её лицо. Он не знал, специально ли девочка выбрала такая расстояние, или же это случайность, но теперь оставалось полагаться лишь на слабые отголоски эмоций. К несчастью, всем детям высокопоставленных людей Клана ещё при рождении ставят особую защиту. Фуин-печать рисует мать ребёнка, тратя на неё не менее недели. Узор такой печати будет индивидуален и крайне сложен, так что её невозможно сломать. Когда печать готова, её прикрепляют ребёнку на лоб, и с ней он должен провести не менее месяца. За это время, ментальные щиты, что заложены в печать, закрепятся на сознании ребёнка. После месяца печать снимают, а щиты остаются с членом Клана на всю жизнь… или же пока кто-либо не узнает узор печати, и не сломает её. В результате, подобная защита почти полностью скрывает отголоски эмоций, если они не слишком сильные (а обычно они достаточно сильные лет так до двадцати-двадцати пяти), и существенно усложняет влияние на разум и психику, если таковая когда-нибудь произойдёт. И, к счастью, или же несчастью, Кушине тоже поставили такую же печать, а учитывая то, что, судя по увиденному и описанному Као, она всегда была тихим, спокойным и скрытным ребёнком, сейчас до Акитэ доходят лишь далёки отголоски её эмоций. И это при том, что он специально на протяжении долгого времени развивал в себе способность чувствовать эмоциональный фон людей.
