Одна из металлических бочек имела сверху металлическую решётку — самодельная жаровня. Над ней присел человек. Он был тощий, практически как скелет, и носил только обтягивающие джинсы. Кожа его была рыхлой и бледной. Гладкая голова была покрыта грубо смотрящимися татуировками — символы защиты и сокрытия из нескольких традиций магической практики полностью окружали его череп. Ему стоило бы побриться — клочковатая борода росла неравномерными участками коричневого, черного и серого цвета.
На жаровне стояли несколько банок бобов и перца чили, вероятно, приготовленные для банды Фитца, которая выглядела болезненно ими заинтересованной. Лысый мужик ничем не дал понять, что знает о прибытии Фитца, пока группа стояла молча целых пять минут. Потом он спросил:
— Дело сделано?
— Нет, — ответил Фитц.
— А где ваше оружие?
— Нам пришлось его выбросить.
Плечи лысого вдруг резко напряглись:
— То есть?
Фитц потянулся рукой к левому глазу, этот жест показался мне неосознанным, инстинктивным. Он быстро отдёрнул руку.
— Произошла авария. Полиция приближалась. Нам надо было уйти, и мы не могли тащить пушки с собой.
Лысый встал и повернулся лицом к Фитцу. Глаза у него были тёмные, глубоко посаженные, жгучие.
— Вы. Потеряли. Оружие. Оружие, за которое я столько заплатил.
— Пушки были бы потеряны в любом случае, — сказал Фитц, глядя в пол. — И не было никакого смысла всем нам садиться в тюрьму.
Глаза лысого вспыхнули, из груди вырвался вопль. В воздухе разразился ужасный, громовой, бренчащий басом звук, и невидимая сила ударила Фитца в грудь, отбросив назад на десять футов, прежде чем он упал на бетонный пол и прокатился ещё десять.
— Смысл?! — вопил лысый. — Смысл? В тебе
Фитц лежал на полу, свернувшись в защитной позе, и даже не пытался поднять голову. Он оставался внизу, надеясь не спровоцировать Лысого на дальнейшее, выражение его лица свидетельствовало о том, что ему сейчас придется страдать от ещё большей боли, и он ничего не может с этим поделать.
— Это было проще некуда! — продолжал Лысый, приближаясь к молодому человеку. — Я дал тебе задачу, какую мужики с венами и носами, полными наркотиков, выполняют регулярно. И это оказалось слишком сложно? Это ты мне хочешь сказать?
Голос Фитца был слишком спокойным, чтобы быть искренним. Он привык скрывать свой страх, свою уязвимость.
— Мне жаль. Там была Леди Оборванка. Мы не могли подобраться ближе. Она бы захватила нас. Мы должны были ударить по ним и бежать.
Ярость Лысого внезапно исчезла. Он уставился на молодого человека без выражения на лице и заговорил мягким голосом:
— Если есть хоть одна причина, по которой ты считаешь, что тебе должно быть разрешено продолжать дышать, ты должен поделиться ею с группой сейчас же, Фитц.
У Фитца было лицо хорошего покерного игрока, но, всё же, такая ночь была слишком длинна для него. Он начал дышать рывками.
— Ты же сказал, что идея не в том, чтобы убить их. Идея в том, чтобы получить уверенность, что никто не тронет нас. Что мы дадим сдачи. Мы показали им это. Мы исполнили миссию.
Лысый взирал на него и не двигался.
Я видел капельку пота на лбу Фитца.
— Это не... Не... Слушайте, я могу вернуть пушки обратно. Я могу. Я отметил, где мы схоронили их. Я могу пойти забрать их.
Лысый сердито посмотрел сверху вниз на молодого человека и пнул его в живот. Удар был неподготовленным, рассеянным, почти несущественным. Похоже, он пришёл к какому-то решению и повернулся обратно к жаровне.
— Еда согрелась, ребята, — сказал Лысый. — Идите жрать.
Банда нервно двинулась вперёд. Через некоторое время Фитц стал подниматься, стараясь не издать ни звука.
Тут вдруг воздух резко колыхнулся. Фигура Лысого, размывшись от скорости, метнулась от жаровни обратно к Фитцу, отбросив одного из боевиков вбок. Лысый внезапно жёстко врезал правой по голове Фитца — его кулак двигался так быстро, что за ним почти нельзя было уследить.
Удар швырнул Фитца на землю. Я был достаточно близко, чтобы видеть, как рубцы возле его глаза лопнули, и кровь быстро потекла вниз по щеке молодого человека.
— Не ты, Фитц, — сказал Лысый тем же мягким голосом. — Я не даю пищу мертвецам. Поешь, когда исправишь свою ошибку.
Фитц кивнул, не поднимая взгляда, прижав руку к голове.
— Да, сэр.
— Молодец, — сказал Лысый. Он наморщил нос, как будто в воздухе слегка воняло, и плюнул, в основном на Фитца. Потом он повернулся, чтобы уйти.
Малец смотрел на Лысого глазами, в которых было убийство.
