— Нехорошее предчувствие. Сердце сжималось от мысли, что с тобой что-то не так. Я долго мучила себя догадками, но в конце концов решила покончить с этим и нашла деньги для того, чтобы купить билет. Хотела убедиться в том, все ли с тобой хорошо.
— Надо же… — бросает легкую улыбку Ракель.
— Сначала я решила немного отдохнуть и поспать, потому что мне не удалось нормально отдохнуть в самолете, который вылетел только ночью, а уже потом отправилась искать тебя.
— Понятно… А вы сразу же ко мне приехали? Или поехали еще куда-то?
— Э-э-э. не совсем, дорогая, — слегка прикусив губу, немного неуверенно отвечает Алисия. — Сначала я решила пойти туда, где ты раньше жила. Но одна молоденькая служанка сказала мне, что ты больше там не живешь. И именно поэтому я…
— Вы видели его?
— Кого «
— Вы прекрасно знайте, о ком я говорю.
— Да, я с ним говорила, — слабо кивает Алисия. — И признаюсь тебе честно, я
— Сомневаюсь, что он рассказал бы вам что-то хорошее.
— К тому же, не только мое предчувствие заставило меня поехать сюда. — Алисия на пару секунд замолкает и слегка прикусывает губу. — Ты помнишь мою подругу Амелию, к которой ты ходила в гости, чтобы узнать что-то про Эву? Она тогда еще была беременна. Ждала девочку.
— А! Амелия! Конечно, я помню ее. Помню.
— А помнишь, как она гадала тебе по руке?
— Э-э-э, да… Что-то припоминаю…
— Так вот однажды Амелия намекнула мне на то, что она увидела на твоих руках угрозу и непростые жизненные испытания.
— Похоже, что ее предсказания сбываются. Амелия была права, когда сказала, что в ближайшее время я не увижу покоя.
— Мы очень много говорили с ней о том, что она увидела на твоих ладонях. И чем больше моя подруга рассказывала, тем больше я мечтала все бросить и поехать к тебе.
— И я так понимаю, вы все уже знайте? Мне не надо пересказывать все от и до?
— Да, Ракель, я все знаю. Знаю, что с тобой делает Саймон. Знаю, что он лишил тебя всего самого дорогого, что у тебя есть. Знаю, как ловко он поссорил тебя с подругой… Знаю, как…
— Да, тетя, — тихо шмыгает носом Ракель. — Это все правда… Саймон лишил меня всех моих близких людей… Они все отвернулись от меня по его вине…
— Я знаю, моя хорошая, знаю.
— Господи, за что мне это? За что?
Ракель начинает тихонько плакать, закрыв лицо обеими руками. Видя свою племянницу в таком ужасном состоянии и понимая, как у нее сжимается сердце, Алисия тут же обнимает и прижимает девушку к себе.
— Тише-тише, дорогая, не плачь, — с жалостью во взгляде тихо произносит Алисия, мягко гладя Ракель по голове. — Твоя тетушка рядом. Все хорошо.
— Я осталась совсем одна… — сильно дрожащим голосом говорит Ракель. — Одна, тетя.
— Нет, радость моя, не говори так. У тебя есть мы с дедушкой.
— Саймону будто нравится издеваться надо мной! Нравится снова и снова причинять мне боль.
— Не плачь, дорогая, не плачь. Будь сильной. Не ради кого-то, а ради самой себя…
— Я не могу… У меня нет сил!
— Этот тип не должен думать, что ему удалось сломать тебя. Не должен думать, что он выиграл.
— Но он уже сломал, — издает громкий всхлип Ракель. — Он так извел меня, что я уже ничего больше не хочу.
— Послушай, Ракель.
— Рингер хочет уничтожить меня, тетя. Отомстить за то, чего я никогда не делала! Хотя я ни в чем не виновата. Клянусь, я не делала ему ничего плохого. Ничего!
— Я знаю, милая, знаю. — Алисия слабо качает головой, нежно поглаживая Ракель по голове. — Знаю, насколько Саймон жесток. Я все знаю.
— Я не понимаю… — крепко обнимая Алисию, слегка дрожащим голосом произносит Ракель. — Что ему от меня надо? Чего он добивается? Почему именно я?
— Я и сама не могу поверить, что он посмел пойти на все это, желая извести тебя настолько сильно, насколько возможно.
— Вы себе даже не можете представить, насколько мне сейчас плохо, — издает тихий всхлип Ракель.
— Нет, девочка моя, я представляю. Я все прекрасно понимаю.
— Меня снова начали преследовать неудачи. Сначала Саймон объявился и поклялся мстить мне. Потом он начал угрожать моим друзьям и близким. Затем я узнала, что он решил едва ли не в могилу свести. А потом… А потом все стало еще хуже! — Ракель начинает рыдать еще пуще прежнего, закрыв лицо руками и довольно сильно трясясь, пока Алисия все еще продолжает утешать ее.
— Я знаю, дорогая, знаю… — с грустью во взгляде мягко говорит Алисия. — Можешь не рассказывать, я все прекрасно знаю…
— Еще этот мерзкий подонок… — дрожащим голосом произносит Ракель. — Этот самовлюбленный павлин, которого я до смерти ненавижу. Вы даже не представляйте, насколько сильно.
— Я уже знаю, что он с тобой сделал.
— Господи, я так сильно жалею, что согласилась встречаться с ним. Если бы я знала, что он окажется такой тварью, то давно послала бы его к черту. Точнее, я знала, что он — козел. Но поддалась эмоциям и отключила мозги. И вот что из этого вышло!
— Честно говоря, я никогда не думала, что он будет способен на что-то подобное, что сделал. Он всегда казался таким милым и вежливым.
