— Ох… — тяжело вздыхает Алисия. — Если честно, тогда мы были так ошарашены смертью Джексона и Элизабет, что не обращали внимания на что-то другое и не стали ничего выяснять, что-то доказывать и кого-то сажать. Нам сказали, что эти люди сами виноваты в аварии из-за того, что не следили за дорогой и якобы ругались. Ну мы и поверили. И все эти годы думали, что это так.
— И вы так и не узнали, что родители Ракель передумали разводиться.
— Да уж, вот это поворот…
— Уж не знаю, как им удалось спасти свой брак, но все же они помирились. Хотя как я уже сказал, Саймон думал, что Элизабет бросит Джексона, вернется к Рингеру и представит свою дочь ему, чтобы тот заменил ей отца. Но этот тип мог лишь только мечтать об этом.
— О, боже, не могу поверить, что весь этот кошмар произошел лишь из-за того, что Саймон разозлился из-за того, что моя сестра ушла от него, — слабо качает головой Алисия и проводит руками по лицу. — Неужели он так сильно был одержим ею, что готов был пойти на любые безумные вещи?
— Похоже, что так… — задумчиво отвечает Терренс. — Но я все-таки думаю, что они бы сообщили вам всем о своем примирении, если бы не погибли. И изъявили бы желание наладить с вами отношения, которые были немного подпорчены.
— Ох, знали бы наши родители о той ситуации, они бы подняли на уши всех своих знакомых и защитили Лиззи от этого мерзавца. У мамы с папой было много хороших связей. По старой дружбе те люди могли очень многое для них сделать. — Алисия тихо шмыгает носом. — Уверена, этот Рингер бы сел еще много лет назад и ответил за свои делишки. А Элизабет с Джексоном не стали бы думать о разводе, ругаться со своей семьей и не умерли бы при таких печальных событиях… Может быть, ты и Ракель тоже были бы счастливы. Ты бы познакомился с ее матерью и отцом… И все бы мы жили долго и счастливо…
— Если бы Саймон не давил на меня и не твердил про измену вашей племянницы, против которой он так яро меня настраивал, мы бы с Ракель не расстались, — задумчиво предполагает Терренс. — И постарались бы исправить те ошибки, которые допустили.
— Думаю, вы бы оба не стали отвергать помощь моих сестры и деверя, если бы они были живы и знали о вашей проблеме. Эти люди бы точно помогли вам во всем разобраться и обрести желанное счастье.
— Мне очень жаль, что все это произошло, а вы уже не сможете вернуть этих людей. Но по крайней мере, этот кошмар закончился. Уже навсегда. К счастью, Ракель удалось спастись от этого больного мерзавца, который едва не отправил ее на тот свет.
— Ты прав, — с грустью во взгляде слабо кивает Алисия. — К сожалению, погибших людей мы вернуть не сможем. Они будут живы только лишь в нашей памяти. Но я очень рада, что этот многолетний кошмар наконец-то прекратился. И теперь мы знаем, что на самом деле произошло много лет назад.
— Вы правы… — задумчиво произносит Терренс. — Абсолютно…
Терренс склоняет голову и о чем-то призадумывается. Алисия пару секунд наблюдает за ним, прекрасно понимая, почему мужчина вдруг загрустил.
— Грустишь из-за того, что между тобой и Ракель все кончено? — осторожно спрашивает Алисия.
— Да я уже давно перестал надеяться на что-то хорошее, — без эмоций признается Терренс. — Я всегда буду любить Ракель и желать ей всего наилучшего. Но я понимаю, что никогда не смогу вернуться в те времена, когда мы были счастливы.
— Прошло еще не так много времени с момента вашей ссоры. Я говорила тебе и буду говорить, что она не простит тебя так быстро.
— Да хоть сколько времени пройдет — ничего не изменится.
— Мне кажется, она могла бы простить тебя. Даже если ты вел себя не очень красиво в последние несколько недель.
— Нет, Алисия… — тихо вздыхает Терренс. — Это невозможно. Я ни на что не надеюсь и не верю в чудо.
— Неужели во время вашего разговора ничего не изменилось в лучшую сторону?
— Не думаю. Да, мы с Ракель хорошо поговорили, и я поддержал ее как только смог, пока мы ждали новостей о мистере Кэмероне. Но это мало что меняет.
— По крайней мере, лед уже
— Сами понимайте… Беда объединяет людей… Но надолго ли? До тех пор, пока она не разрешится?
— Ну, Терренс… Неужели ты думал, что решив спасти ее от Рингера, она мгновенно простит тебя, прямо как в красивой сказке? Нет, дорогой мой, тебе придется не только постараться, но еще и подождать, пока она поймет, что сможет забыть и простить.
— Я сделал это, потому что считал это своим долгом. Долгом, который я не выполнил с самого начала.
— И ты поступил правильно. Молодец, что не стал отсиживаться и ждать, пока она сама к тебе прибежит.
— Знайте… — Терренс нервно сглатывает. — В последнее время я начал понимать, что действительно люблю ее. И… Я совсем не хочу терять ее. После того как практически потерял эту девушку. Может быть… Раньше я не ценил ее так, как должен был. Но сейчас очень сильно жалею об этом. Жалею, что в какой-то момент слишком увлекся собой и своим желанием сделать музыкальную карьеру.
— Мы начинаем что-то ценить, когда что-то теряем. Чтобы это понять, нужно пережить потерю.
