Важным фактором сохранения статус-кво к северу от нижнего течения Дуная стало сопротивление румынских княжеств. После ряда неудач в войнах с румынами османы, опасаясь, предпочли вести с ними переговоры, предоставив им статус государств-данников. Валахии он был навязан в 1420 г. (ужесточен в 1462 г.), Молдове – в 1456 г. (ужесточен после 1484 г.), а Трансильвании – после 1541 г. Оказывавшееся румынскими княжествами в Трансильвании сопротивление красной нитью проходит через их средневековую историю. Этот постоянный отпор объясняется несколькими обстоятельствами: способностью мобилизовать около 40 тыс. человек в Молдове, 30 тыс. в Валахии и 50 тыс. в Трансильвании; наличием многочисленного свободного крестьянства и мелкого боярства, имевшего что защищать (участок земли и личную свободу), о чем в странах Балканского полуострова не было /282/ и речи; значительной мобильностью легковооруженной конницы, применявшей тактику притворного отступления и неожиданной атаки (все это было свойственно и османской армии, но румыны, как правило, находили «противоядие»). И последнее. Румынское войско было противоположностью тяжелым и малоподвижным армиям западного типа, разгромленным при Никополе, Варне, Мохаче и в других сражениях.
Еще одним фактором, который способствовал сохранению румынской государственности, было сочетание сопротивления и примирения, борьбы и переговоров с целью избежать прямого покорения и полного истощения экономических и людских сил. Большинство бояр являлись предателями лишь в глазах тех господарей, что были готовы договариваться с османами, однако, когда давление Порты становилось невыносимым, те же бояре сотрудничали с господарями при организации сопротивления. Без бояр военные победы были бы невозможны.
Вопрос о причинах выживания румынских средневековых государств отчасти решается и направлением османского наступления на центр Европы и черноморский бассейн. Несмотря на то, что так называемый императорский путь проходил по линии София – Белград – Буда – Вена, турки всегда учитывали фактор румынских княжеств и Трансильвании: известно семь кампаний под прямым руководством султана – три против Валахии (1394/95, Баязид I; 1419/20, Мехмед I; 1462, Мехмед II), три против Молдавии (1476, Мехмед II; 1484, Баязид II; 1538, Сулейман I), одна против Трансильвании (1438, Мурад I); кроме того, были совершены походы под руководством великого визиря (1595) и бейлербея Румелии (1475).
Поэтому режим зависимости был для османов более выгодным, чем режим прямой оккупации. Румынские земли играли существенную роль в снабжении императорской столицы с населением свыше 500 тыс. человек бараниной и телятиной, жиром, солью, ячменем, лошадьми, лесом, коноплей, медом, воском, сыром, соколами. Впрочем, выгоды этого режима в полной мере проявились лишь после 1538–1541 гг., когда зависимость румынских княжеств от Порты стала реальной и эффективной, т. е. почти два века спустя после установления румыно-османских отношений.
Подводя итог, можно сказать, что на первом этапе (до 1540 г.) румынские княжества сумели избежать превращения в турецкие /283/ провинции из-за опасений османов перед возможными внутренними и международными осложнениями (сопротивление, оказывавшееся румынами, и заинтересованность крупных христианских держав в сохранении буферных государств). На втором этапе они убедились в особых экономических преимуществах, получаемых Портой от сохранения существующей формы зависимости.
Статус румынских земель по отношению к Порте. С точки зрения исламского права ханефитского образца, применявшегося османами, мир делился на две части:
Первый
