Так, в "Повести временных лет" утверждается: "В год 852... когда начал царствовать Михаил, стала прозываться Русская земля". М. Н. Тихомиров писал по этому поводу, что "первое известие о начале Русской земли взято было (русским летописцем.- В. К.) из греческого летописца"14. Однако, во-первых, сама эта дата была спутана, ибо византийский император Михаил "начал царствовать" не в 852-м году, а на целых десять лет раньше - в 842-м. Во-вторых, летописцы посчитали необходимым все другие собственно русские события относить ко времени не ранее 852 года. Поэтому, например, в Новгородской Первой летописи время княжения Кия отнесено к 854 году, хотя тут же сказано, что "в си же времена бысть в Гречько земли цесарь, именем Михаил и мати его Ирина"15; на самом же деле Ирина была матерью цесаря Константина и правила на полвека ранее, до 802 года. Тот же М. Н. Тихомиров, как уже было отмечено, пришел к очень естественному выводу, что имя Михаила оказалось в этом тексте о Кие из-за сложившегося в какой-то момент прочного убеждения о начале Руси именно во времена Михаила, но в тексте сохранилось и имя правившей на полстолетия ранее Ирины. И время правления Ирины представляет собою, по мысли М. Н. Тихомирова, действительно верную основу для датировки княжения Кия, ибо - это очевидно из летописи - Михаил был современником вовсе не Кия, а позднейшего киевского князя Аскольда и его соправителя Дира, до начала правления которых Кий умер, а его прямые преемники подпали под власть хазар.
Но вернемся к судьбе Северной Руси. События, предшествующие вокняжению здесь Рюрика (дань, наложенная варягами, их насилия над местными племенами и т. д.), начались - как явствует из цитированного выше Архангелогородского летописца, сохранившего древнейшие сведения,- еще во времена Кия, то есть не в середине, а в начале IX века. И уже в 838 (или в 839-м) году из Северной Руси прибыли в Константинополь послы "русского кагана", которые оказались норманнами (шведами). Еще через три десятилетия, в 871 году (когда даже и согласно традиционной датировке, в Северной Руси давно уже правил Рюрик) на Западе были осведомлены, что в Восточной Европе имеются два правителя с титулом кагана (хагана) - хазарский и норманнский,- о чем известно из дошедшего до нас письма германского короля (в 843-876 годах) Людовика к византийскому императору Василию I (867-886)16. В очень многих работах утверждается, что и в 838, и в 871 годах речь шла о южнорусском, киевском правителе. Однако крупнейший востоковед В. В. Бартольд еще в двадцатые годы доказал, что "каганом" назывался правитель именно Северной Руси; к сожалению, эти его рассуждения почти не стали достоянием историков Руси (о мешающей делу "разобщенности" востоковедения и русистики нам еще придется говорить).
Рассматривая известие о прибытии в 838-839 году послов кагана Руси в Византию, В. В. Бартольд говорил, в частности, следующее: "В 1916 г. Шахматов писал: "Едва ли можно усомниться в том, что эта Русь прибыла в Константинополь из Южной России". Мне это мнение тогда же показалось ошибочным: я был убежден, что имеется в виду то же русское каганство... о котором говорят арабы и которое можно искать только на севере. Известно, что к этому мнению пришел и сам Шахматов в своей работе 1919 г.; там сказано, что послы русского кагана возвращались к себе на родину, т. с. на северо-запад России"...17
В. В. Бартольд открыл по-своему замечательное совпадение, согласие двух известий о русском кагане, пришедших из Византии одно за другим в Германию и в Арабский халифат. Дело в том, что в Константинополе с 837 по 845 год находился высокообразованный араб Муслим ал-Джарми, который написал затем фундаментальное сочинение о Византии и соседних с ней странах, включая Русь. Оно не дошло до нас, но послужило основой для множества позднейших произведений арабских географов и историков18. Сведения о "русах", восходящие к ал-Джарми, таковы: "... они живут на острове среди озера, причем остров занимает пространство в три дня пути... и покрыт лесами и болотами... У них есть царь, которого называют "каганом русов" (В. В. Бартольд, указ. соч., с. 821). Ученый писал об этом: "Наиболее правдоподобно предположение, что автор IX в. имел в виду область русов у Ильменя... Древнейшее поселение в этом месте - Городище при выходе Волхова из Ильменя, в местности, окруженной со всех сторон болотами и речными протоками. Слова о "трех днях пути" объясняются, конечно, только ошибкой арабского автора; таково было, вероятно, пространство не острова, но всей области русов". (Там же, с. 823-824).
Мне представляется естественным предположение, что под "островом", занимающим "пространство в три дня пути", имелась в виду вся лесная и болотистая территория, расположенная между озерами Ладога и Ильмень (с севера на юг двести двадцать километров по соединяющему их Волхову). И уж во всяком случае речь шла, конечно же, не о Киеве, не о Южной Руси.
