Между тем в Англии началась борьба за престол. Вильгельм Рыжий, захватив шестьдесят тысяч фунтов серебра, накопленного покойником, не дождавшись погребения отца, отправился в Англию и провозгласил себя ее королем под именем Вильгельма II. Но значительная часть баронов не была довольна новым королем, совершенно похожим характером и склонностями на своего отца. Все надеялись на лучшее положение, если бы удалось возвести на престол старшего сына Вильгельма, Роберта. Поддерживаемый ими, последний высадился на остров; борьба его с братом шла успешно; но вдруг он собственным неблагоразумием погубил все дело. Роберт помирился с Вильгельмом, предоставив ему обладание Англией, а сам остался герцогом Нормандии, которую, впрочем, скоро потерял. Таким образом, уже вслед за смертью Вильгельма Завоевателя победители начинают ссориться за обладание покоренной страной, но англам и саксам борьба эта не принесла никаких выгод; они не могли воспользоваться ею и продолжали страдать по-прежнему.
В это время христианский мир был увлечен борьбой духовной и светской властей — борьбой, известной под названием борьбы за инвеституру. В этой борьбе под внешней формой скрывалось великое содержание. Духовная власть с очевидностью начала торжествовать с XI в. С ее перевесом начинает торжествовать все бывшее в связи с церковью. Вместе с тем усиление клерикального направления в обществе было вызвано военными успехами мусульманства, которое к тому времени сделало огромные завоевания. Не только Восток был под пятой халифов, но и Запад с тревогой ждал решения своей участи. Вот почему, в числе прочего, судьбы мусульманства заслуживают особого внимания.
В 637 г., с того дня, когда Омар взял Иерусалим, когда Европа пребывала еще в язычестве, Абассиды целых триста лет владели Палестиной, пользуясь слабостью византийского императора. Правда, в 975 г. Иоанн Цимисхий овладел Сирией, покорил все города Иудеи и освободил святой город из рук неверных, но после смерти Цимисхия Византийская империя, погрузившись снова в придворные дрязги, опять потеряла Иерусалим. Европейское человечество, тем временем только что вышедшее из состояния язычества, было в высшей степени склонно боготворить символы; так как культ христианства представлялся в тесной и неразрывной связи с жизнью и деятельностью Спасителя, то поэтому естественно было сильное влечение к местам, ознаменованным событиями Его земной жизни. Эти места навсегда стали священными и великими в глазах каждого христианина. Но эти святые места были уже несколько веков в руках неверных.
