Известно, что слово «врач» со времени Константина в христианской Европе было равносильно слову «язычник». Со времени официального провозглашения христианства предпочитали лечить дух, а не тело; первые обязанности должны были исполнять священники, а вторые — богадельни и преимущественно женщины. Что касается врачей, то они жестоко преследовались на Востоке, потому что каждый врач — ученик Гиппократа, каждый эскулапист — философ, следовательно, враг христианина; вследствие этого медицинские школы со времени Константина были закрыты. Духовенство вместе с женщинами приняло на себя заботу о больных. Правительство передало больницы женщинам, причем занятие медициной, требующее прежде всего изучения анатомии и рассечения трупов, строго преследовалось. Когда же одно духовное лечение не достигало цели, то приходилось или пользоваться какими-нибудь суеверными средствами, или положиться на чудо. И действительно; больные отправлялись — часто целыми толпами — на поиски этих волшебных целительных средств. Несториане и евреи, быть может, потому были ненавистны правительствам, что занимались медициной, так сильно преследуемой и на Западе, и на Востоке.
Таким образом, самые простые понятия перемешались: серьезное изучение считалось колдовством, а суеверие принималось за богоугодное дело. Нельзя было, например, исследовать траву, которая давалась больному, а необходимо было сотворить над ней известное заклятие. Известно, что несториане, избегая преследований, удалились на Евфрат после гибели их вождя, основав свою халдейскую школу. В Месопотамии еще до мусульман стали возникать училища; первое из них было в Эдессе. Это училище пользовалось экспериментальным методом древних и имело чисто практическую цель. На сирийский язык были переведены Аристотель и Плиний, из самого выбора которых видно, что эта эдесская школа и сами халдейские несториане изучали практические науки. Сверх того несториане и евреи устраивали и медицинские школы, где впервые была принята система академического обучения, вошедшая впоследствии во всеобщее употребление.
Халифы, завоевав весь восточный мир, покровительствовали несторианам, как бы не считая их христианами. Им они предоставили воспитание своих детей, а знаменитый халиф Гарун альРашид отдал все школы под надзор несториан. Он же издал повеление, которое к величайшей чести мусульман свято соблюдается ими по настоящее время, а именно
Таким образом, вследствие обоюдного воздействия христиан и евреев скоро исчезла теологическая система учения на Востоке. В Багдаде, под еврейским влиянием и покровительством халифа, был основан университет. Туда, рассказывает арабский летописец, почти каждый день ходили караваны верблюдов, навьюченных книгами. Тогда же возникли школы в Бассоре, в Фесе, в Сицилии и Испании; в последней процветали школы в Севилье и Кордове.
Но и помимо еврейского и несторианского влияния, арабы могли сами по себе быть народом ученым. У мусульманских властителей было много таких поговорок, которые полезно бы вспоминать и в наше время. Например, они полагали: «Чернила ученого столько же достойны уважения, как и кровь мученика»; «рай столько же существует для того, кто хорошо владеет пером, сколько для того, кто пал от меча»; «мир держится четырьмя вещами: знанием мудрого, оружием сильного, молитвой доброго и мученичеством храброго». Со времени четвертого халифа вошло в обычай покровительствовать ученым. Наука пользовалась повсеместным почетом; то, что было прежде не более как делом политики, вошло после во всеобщий обычай, так что не только каждый халиф, но и всякий эмир, соответствующий западному герцогу, строил училище или даже академию, чтобы приобрести независимость. Пропорция между победителями — арабами и побежденными христианами была громадна; это соотношение между численностью одних и других увеличивалось главным образом потому, что арабы допускали многоженство, строго запрещенное христианством. Бывали магометанские семейства в сто пятьдесят и сто восемьдесят душ одних детей. Кроме того, и христиане ради льгот, предоставленных мусульманам, часто обращались в мусульманство.
