Формально, ради привлечения на сторону большевиков широких масс, приверженных идеям национальной самостоятельности, в 1922 г. существовали «независимые» от России республики (Украина, Белоруссия, Грузия, Армения, Азербайджан, Бухара, Хорезм, Дальний восток).
В результате, как говорил В. Затонский на Х съезде РКП (б), «я лично не знаю, в каких отношениях мы находимся сейчас с РСФСР, мы живущие на Украине, я лично не разобрался окончательно. Что же говорить о широких массах! С зак лючением пос леднего договора мы не то находимся в федерации, не то не находимся». Косвенно возражая Сталину, Затонский предвосхитил идею СССР: «Нам необходимо вытравить из голов товарищей представление о советской федерации, как федерации непременно «российской», ибо дело не в том, что она российская, а в том, что она советская… Следовало бы это название просто устранить, или просто оставить название «Советска я федерация», или придумать какое-нибудь другое».
В августе Сталин составил проект решений по взаимоотношениям России и других советских республик, который предусматривал «формальное вступление независимых советских республик: Украины, Белоруссии, Азербайджана, Грузии, Армении в состав РСФСР» (вопрос о Средней Азии и Дальнем востоке на время был оставлен в стороне из-за дипломатических сложностей). На эти республики распространялась сфера компетенции высших органов власти РСФСР и наиболее важных российских наркоматов. Это позволяло при некоторой автономии республик обеспечить главное для Сталина: «организацию на деле единого хозяйственного организма на объединенной территории Советских республик с руководящим центром в Москве».
Точка зрения Сталина была компромиссом между унитаристами и конфедералистами, позиция которых была представлена частью украинского руководства во главе с Х. Раковским.
Раковский настаивал, что «для нашего револ (юционного) воздействия (на) заграницу имеет значение сохранение независимости Украины. Около десяти миллионов украинцев Польши, Галиции, Прикарпатсклой Руси, Буковины и Бессарабии ориентируются и будут ориентироваться больше и больше на Советскую Украину». Политбюро ЦК КП (б) У, опираясь на авторитет ЦК КП (б) У, 3 октября решило настаивать на независимости, но на пленуме ЦК РКП (б), если будет принято решение о вхождении Украины в РСФСР, «не настаивать на сохранении формальных признаков политической самостоятельности УССР».
Впрочем, в украинском руководстве были сторонники и более централистической точки зрения, в том числе и первый секретарь ЦК КП (б) У Д. Мануильский.
В письме к Ленину Сталин возмущался «социал-независимцами», которые рассматривают вмешательство центра «как обман и лицемерие со стороны Москвы». Сталин предлагал замену «фиктивной независимости настоящей внутренней автономией…». Ленин считал, что «Сталин немного имеет устремление торопиться». То есть направление его действий правильное. Но он не учитывает в достаточной степени национальных предрассудков.
Переговорив по этому поводу, Ленин и Сталин быстро нашли решение, и формула Сталина была изменена: «Формальное объединение вместе с РСФСР в союз советских республик Европы и Азии». После этого Сталин об «автономизации» не упоминал. Казалось, вопрос был исчерпан. Но уже по иным причинам между Лениным и Сталиным усиливался конфликт, в котором Ленин затронул и национальную тему. Он трактовал новую формулу как «уступку» Сталина, будто речь шла не о согласовании решения в рабочем порядке, а о борьбе с политическим противником. В свою очередь Сталин парировал и обвинение в торопливости, уличив Ленина в стремлении слишком быстро объединять наркоматы республик. Эта ««торопливость» даст пищу «независимцам» в ущерб национальному либерализму т. Ленина». Сталин предпочел уступить Ленину – в конце концов, главное, что партийная структура РКП (б) оставалась централизованной. После образования союза республик РКП (б) была переименована во Всесоюзную – ВКП (б), а отдельную партию для России создавать не стали. Так что национальные партии остались автономными образованиями в составе ВКП (б). На деле власть была построена в соответствии с идеей «автономизации», но формально – полностью в соответствии с предложениями Ленина. Сталин и возглавляемая им комиссия ЦК переработали резолюцию в соответствии с ленинскими предложениями, и она была принята на пленуме ЦК 6 октября.
