– Вы где учились, Великий Атлант? – спросил хуанди.
Всему миру известно, что во главе Храма Беловодского издревле стоят сын человеческий и дщерь морская как символ нерушимого союза двух ветвей рода человеческого.
– Я был уверен, что это символ, формула речи именно, что издревле, сказка о Садко и всё прочее, чем детишек потчуют…
– Вернёмся к делу! – прекратил прения хуанди. – Итак, мы остановились на том, что Беловодский храм решил выяснить, что же происходит с морским народом.
– Совершенно верно, – подтвердил я. – Мы пригласили представителя морского народа в храм, задали вопрос, и он нам ответил… – Я посмотрел на Ящера, предлагая ему продолжить повествование самоцитатой.
Зашелестело-свистнуло на грани восприятия звука, видимо, «царь морской» переключал частоты, и он басом, чуть ли не уходящим в инфразвук (внутри что-то затрепетало, резонируя), начал речь, тут же резко уйдя из области инфразвука и старательно подбирая слова:
– Ответил я, что морской народ долгое время не обращал внимания на деятельность моллюсков и кораллов, потому что она началась задолго до того, как многие из нас появились в этом море, – уже многие века, а значит, воспринималась как естественная. Когда же пришлось учитывать изменившийся рельеф дна при миграции рыб и морских животных, мы тоже задумались и осознали, что, во-первых, скорость роста коралловых рифов даже за время нашей жизни сильно выросла, во-вторых, это происходит не повсеместно и не случайно, а на строго определённых участках дна. Когда же мы, уже вместе с мудрецами храма, посмотрели на карту дна, которую составляли совместными усилиями, то стало очевидно, что процесс имеет определённую цель и смысл. Вот и вопросы: Первый – кто эту цель поставил? Второй – кто способен поставить цель кораллам?
– А я что говорил! – вскочил Великий Атлант.
– Соблюдайте порядок, уважаемый, – строго осадил его хуанди.
– Мы точно знали, что ни морской народ, ни сухопутный не ставил и не способен был поставить эти цели, – продолжил «царь морской».
– На каком основании вы сделали этот вывод? – спросил хуанди.
– На основании оценки собственных возможностей: мы неспособны управлять поведением кораллов силой своего сознания или иными проявлениями воли. Поскольку мы с вами одного корня, то и вам вряд ли это под силу.
– Можно вопрос? – заёрзал на месте, чуть подпрыгивая, Великий Атлант.
– Пожалуйста, – кивнул судья.
– Зачем управлять мысленными потугами, если можно переместить их с места на место, как мы делаем это с растениями, пересаживая их?
– Кораллы не растения, но идея здравая, – ответил Ящер. – Загвоздка в том, что мы этого не делали.
– Это могли сделать ваши предки! – предположил обвинитель.
– И они этого не делали, информация от поколения к поколению у нас передаётся чётко, – отверг предположение свидетель.
– В море есть и другие виды, – продолжал атлант.
– Разумны только дельфины, у них мы тоже спрашивали. Ответ – нет.
– Ваш вывод? – спросил судья.
– Это естественный процесс, если причислить к естественному бессознательное по причине отсутствия сознания поведение. Это программа жизни организмов при изменении условий жизни. То есть деятельность нашей общей Матери-Земли. Планетарные процессы меняют нечто в условиях жизни моллюсков, и они реагируют на эти изменения определённым образом, а именно миграцией.
– Вы хотите сказать, что моллюски за сотни и тысячи лет предчувствуют изменения климата планеты?! – насмешливо воскликнул атлант.
– Им достаточно изменения условий в данное время в данном месте и наличия более подходящих в другом. Я хочу сказать, что планета точно знает, что с ней будет, – ответил Ящер. – И принимает предупредительные меры. Для неё века, как для нас – секунды, а тысячелетия – минуты. А на час, даже на год вперёд мы предвидеть можем. Раньше не было кораллов, способных жить и размножаться в северных водах. Теперь есть.
– Это лишь бездоказательные предположения, – поморщился обвинитель.
– Прошу не вступать в перепалку! – остановил спор хуанди. – Уважаемый представитель морского народа, у вас есть что добавить?
– Пока нет.
– У вас, Мать-Настоятельница?
– Я полностью подтверждаю, что всё происходило именно так, как изложил представитель морского народа. Он прекрасно справился с человеческой речью, моё участие не потребовалось.
– Уважаемый обвинитель, что вы имеете добавить?
– Очевидно, что замыслы и промыслы планеты для нас тайна даже не за семью, а за семьюдесятью тысячами печатей, и оперировать в суде такими предположениями недопустимо. Во всяком случае, принимать их всерьёз невозможно.
– И что вы предлагаете? – спросил глава Восточного Беловодья.
– Я предлагаю объяснять явления доступными нашему пониманию действиями.
– А именно? – спросил беловодец.
