Сейчас совещались в гарнизонном помещении, далеко от стартовой площадки. Тесное помещение полно мужчин. Душно, несмотря на холод за окном.
Идея пришла неожиданно и озарила вспышкой темноту измученного сознания. Решение подсказал сам организм.
Китайцы были готовы к своей операции на отлично и умело имитировали реальную инспекцию, обсуждая с руководством космодрома детали. Полисвет, улучив минутку, поднялся из-за стола и как ни в чём не бывало окликнул одного из лазутчиков, изображавшего гражданина империи. К сожалению, никого не насторожили явно не европейские лица всех без исключения приехавших.
– Пойдём со мной, проводишь в туалет, как положено, – негромко сказал претор разведки, наклонившись над «римлянином».
Прищур узкоглазого на миг стал ещё больше. Он быстро скосил взгляд на своих. Короткая перестрелка глазами. Хозяева здания, казалось, ничего не заметили. Китаец встал – он понял, что умный римлянин хорошо подыгрывает врагу. Малейшая неточность – и будет по меньшей мере большой шум, даже не нужна будет диверсия. Если информация о случившемся скандале попадёт к журналистам, которых тут сейчас по трое на метр, – размолвки между державами не миновать. Официальный Пекин должен следить за своими людьми. И неважно, что его посланников поменяли против их воли.
Они вышли. Иноземец молча шёл следом, буравя затылок. Ни слова не сказал и в туалете. Угрюмо думал, искал подвох. Конечно, хитрость была. Римлянин знал, какая именно. А китаец силился понять, почему один из лучших солдат империи проявляет такое подобострастие. Хотя эти, из главного города мира, рациональны до чёртиков. Вражеский претор логичен на сто процентов, он пытается избежать малейшей стычки. Но тут однозначно какая-то уловка. И диверсанта это сильно напрягало.
Так же, без единого слова, вернулись.
– Полисвет? – Начальник гарнизона при космодроме был стариком и мог позволить себе нарушить субординацию, разница в чинах невелика. Он склонился над картой и позвал не глядя.
Претор подошёл и смотрел свысока, заложив руки за спину.
– Да?
– Каюсь, тут на отшибе не успеваешь следить за всеми нововведениями. А век нынче быстрый, уже не по моим скоростям.
– Предполагаю, вы не слышали о том, что преторы теперь должны сопровождаться повсюду? Это новейшее предписание.
Китайцы тайком переглянулись, но старый римлянин не заметил этого – он уже смотрел на Полисвета.
– Да, это в новинку для меня.
Он помолчал, держа подрагивавший карандаш, и продолжил, не меняясь в лице:
– Вы ведь из когорты безупречно честных, господин претор?
– Конечно. Но при чём здесь это?
– Простите, не к месту спросил. Мне, старику, должно быть, померещилось… Извините ещё раз! – Начальник гарнизона снова вернулся к карте.
Предположительно – старик догадался.
Была ещё одна хорошая сторона в найденном решении – теперь хотя бы один лазутчик привязан к претору.
Если бы Полисвет был обычным гражданином, носящим титул совершенно честного, он не придумал бы столь изящной ловушки. И даже сообразив, отмёл бы как неприемлемую для своей чести.
Но претор разведки был выращен человеком, прежде всего находившим нестандартные ходы и выходы. Конечно, велик риск потерять почётный титул. Но Рим прежде всего!
После долгого совещания комиссия двинулась к ракете. Наступал час икс.
– Извините меня покорнейше, господин претор. Я ведь был юн в те времена, когда не было этой когорты… не лгущих ни при каких обстоятельствах, – начальник гарнизона, идя рядом, забормотал заискивающе.
– То есть? – Полисвет смотрел в конец коридора, никак не реагируя на радостную ноту.
– Виноват, очень виноват перед вами. Право, очень стыдно… Даже не знаю. Вы ведь русский?
– Да. А что?
– Я тоже… Ну да ладно, это ни при чём совершенно, – старик повёл челюстью и поправил воротник. – Прошу прощения, но я позвонил вашему легату.
– И? – Претор намеренно спросил так, надеясь, что подслушивавшие разговор китайцы всё же хоть самую малость уступают в знании тонкостей латыни.
– Да, это новое указание. Поступило в армию перед самой вашей поездкой сюда. Право, мне так стыдно! Простите, прошу вас, я рос в другое время.
Претор задумчиво шёл, затем произнёс:
– Не стоит беспокоиться по этому поводу. Если вы хотите избавиться от чувства вины, могу попросить вас о небольшом одолжении, – при этих словах тренированный глаз разведчика оценил китайцев периферическим зрением.
Те вели себя так, будто им ни до чего нет дела. За такую невозмутимость китайцев стоило уважать.
– Да, конечно. Всё, что угодно! – Начальник гарнизона склонил голову.
– Сергилий Каролинг здесь?
– Разумеется.
– Если можно, хотелось бы его автограф.
– Такой пустяк? С радостью помогу, господин претор!
– Хорошо. Я сейчас отлучусь. Совещание затянулось, а я немного простыл, простите за физиологические подробности.
– А-а-а… Я-то думаю – что у вас с губой?
– Да, отвык от родных морозов. Я догоню, извините, – сказав, Полисвет взмахом подозвал китайца, сопроводить по уже известному маршруту.
