Но поскольку они уже приступили к планированию операции, Айра внес несколько замечательных идей. По мнению Дэвида, Левитт оказался для него сущей находкой и на все сто подходил ему. Он обнаружил слабые места в плане Дэвида и дополнил их профессиональными предложениями. Дэвид уже не сомневался, что годы, проведенные на достаточно спокойной работе, не вытеснили из агента ФБР потенциального взломщика. Ему было бы любопытно узнать, сколько раз Левитт «варился» в каком-нибудь реальном деле, зная, что может его раскрыть в максимально короткие сроки, если не будет строго придерживаться буквы закона. Отказывался ли он хоть раз от решительных действий в угоду закону? Что ж, схватка с Кемденом серьезно провентилирует ему мозги.
Уходя ночью от Айры, Дэвид Вандемарк обнаружил у гостиницы телефон-автомат и позвонил Анжеле. Он услышал разочарование и страх в ее голосе, когда сказал, что не придет сегодня ночевать. Пришлось убеждать ее, что ничего опасного нет. В Йонкерсе проживает один возможный свидетель, с которым он хочет поговорить. Будет проще, если он снимет комнату в гостинице сегодня ночью. А завтра поздно вечером он приедет к Анжеле. А до того ему предстоит еще кое-что обдумать и сделать. Беспокоиться абсолютно не о чем.
Дэвид почти сам поверил в то, что говорил ей. Ему показалось, что он убедил ее.
Ложь оставила у него неприятный отпечаток. Ну да ладно, он урегулирует все вопросы позже. А пока что, сев в такси, он подъехал до Двадцать шестой улицы. В это время ночи на улице было очень мало людей. Дэвид внимательно просканировал мысли каждого из них, прежде чем отправиться в гараж. Им нечего было скрывать. Кемден отозвал своих «ищеек», раз они уже обнаружили его местонахождение, сфотографировали и составили план квартиры Анжелы. Так Дэвид оказался без слежки сегодня вечером, с ложным впечатлением, что этот район не представляет для него никакой опасности.
Дэвид остановился перед окошком дежурного служителя у входа в гараж и заплатил за еще два дня стоянки. Сказав, что ему нужно забрать кое-какие вещи из машины, он поднялся на верхний этаж гаража и забрался в свое личное ночное убежище. Служитель у входа наверняка подумает, что он проскочил, когда тот был занят чем-то другим. Никому не будет дела до того, что он остался здесь на ночь.
Дэвид расстелил спальный мешок и залез в него. Его решение провести ночь здесь, а не в удобной теплой постели Анжелы, он и сам не смог бы объяснить. Но у него было четкое ощущение, что он поступает правильно. Завтра будет много работы, опасностей и, возможно, этот день будет стоить ему жизни. Он должен быть предельно собранным. И еще — не надо будет объяснять, почему у него перевязана шея. И, что еще более важно, он не был уверен, что сможет скрыть другие неприятные факты от Анжелы, когда окажется с ней с глазу на глаз. Даже по телефону трудно было убедить ее, что все в порядке.
Рано или поздно ему предстоит с ней объясниться, позволить ей узнать, чем он в действительности занимается.
Единственная реальная надежда сохранить нормальные отношения — это его признание. Но что будет потом? Он сомневался, что даже такая сильная женщина, как Анжела, сможет жить с мужем, который месяцами болтается неизвестно где, уезжая неизвестно зачем. Это все равно что выйти замуж за торговца, который постоянно находится в разъездах. А брать ее в подобные разъезды было, вне всяких сомнений, невозможно. В самом ближайшем будущем Дэвид окажется перед этим выбором. Он уже знал, каким будет его решение по этому вопросу. Слишком многое изменилось для него за последние несколько дней.
Он проспал до самого утра. Его разбудили служители гаража, размещавшие машины ранних посетителей на стоянке. Подумав, что ему предстоит долгий напряженный день, он повернулся на другой бок и прихватил еще пару часов сна. Когда еще у него будет такая возможность?! Этот день может превратиться в тридцатишести— или сорокавосьмичасовой марафон.
Когда он наконец встал и оделся в рабочую одежду, к нему пришло ощущение, что он готов к предстоящей работе. Довольно объемистый рюкзак был наполнен всем, что может пригодиться: оружием, инструментами и прочими нужными вещами. Еду он тоже положил в рюкзак, а кое-что — в карман, чтобы выдержать этот день.
В газетах не оказалось ничего нового про «Головореза». Правда, была заметка о группе местных политиканов, собирающих подписи под призывом об отставке мэра. В передовой статье подчеркивалось, как плохо городское правительство занимается расследованием убийств латиноамериканских семей. Дэвид знал, что многие факты, которые приводились в статье, были искажены, впрочем, это неважно для тех, кто хотел снять мэра. Главное, что весь Нью-Йорк находится во власти страха. Кто-то безнаказанно убивал людей, даже целые семьи. Козел отпущения был просто необходим. Казалось, что мэр — самый подходящий для этого человек. Совсем уже не за горами повторные выборы.
