Ощущение нереальности происходящего преследовало меня всё то время, что прошло с момента моего пробуждения. Словно и не просыпалась вовсе. И если поначалу мне душу наизнанку вывернул настоящий кошмар, то потом он обернулся полным бредом. Открывать дверь шавке Серого было полной глупостью. Оправданием мне не может даже служить неадекватное восприятие реальности под высоким градусом температуры. И то, что этот урод начал угрожать Илье. Не знаю, чем я думала. По ходу ничем.
Поняла я свою ошибку фактически сразу, но было поздно. Дверь выбили из моих рук, меня зажали у стенки, принявшись грубо лапать, вызывая чувство полного омерзения. Он что-то говорил, опять угрожал, елозил своим вонючим телом, а я могла лишь задыхаться и плакать, пытаясь оттолкнуть от себя эту тушу. Дышать становилось нечем, мне было ужасно больно, из горла уже вырывался лишь хрип, когда моего обидчика что-то буквально оторвало от меня. Из-за мутной пелены слёз и пляшущих перед глазами тёмных пятен, рассмотреть причину я не успела. Ноги не держали и тело само собой сползло на пол.
А потом передо мной появился Он. Мой опять спаситель. Дальнейшие события разворачивались с оглушительной скоростью. Вот Руслан подхватил меня на руки, вот устроил допрос, на который я не могла толком ответить, да и не хотела, если честно. А вот уже вещал доктору о моём самочувствии и следил жгучими карими глазами, как задирают мне пижамную рубашку. Если бы я и так не горела от температуры, то, наверное, сгорела бы от стыда. А хуже всего для меня почему-то оказалось осознание, что ему, кажется, всё это было по барабану. Хотя о чём это я? Такая, как сейчас, я могла привлечь разве что извращенца и то вряд ли. Привлечь? А с каких это пор мне хотелось понравиться Руслану? Зачем мне это вообще надо? А даже если бы и надо, то, кто он и кто я? Тем более, что я сама, собственными руками угробила все шансы на симпатию этого мужчины.
Весь этот сумбурный бред по замкнутому кругу вертелся в моей голове, настолько оторвав от реальности, что вопрос Руслана я просто не услышала. А переспросить уже не успела.
— Ну нет, так нет. Я пошёл, — ну вот и всё. Кажется.
Оставшись одна в квартире, я ещё пару минут так и сидела, пока не вспомнила, что за гостем и дверь надо бы закрыть. И пора собираться в аптеку. Где там этот рецепт?
Бумажки, оставленной доктором, нигде не было. А дверь оказалась закрытой и ключи пропали. Можно было бы испугаться, но мой явно сошедший с ума мозг, почему-то дико обрадовался, предположив, что Руслан ушёл не на совсем, а в аптеку.
Пытаясь рассуждать здраво (трижды ха-ха!), я таки пришла к выводу, что мужчина действительно отправился за лекарствами мне. А вот радоваться этому совсем нечего. Во-первых, не хочу я ему быть должна, значит деньги сразу же верну, а во-вторых, не нужно мне растекаться лужей от одного его присутствия. И температура тут не оправдание. Он выполнит обещание сестре, поиграет в благодетеля и исчезнет из моей жизни. Скорее всего, сегодня же и исчезнет. В принципе, туда ему и дорога. Мне плевать. Честно. Ага. Я даже пытаюсь в это поверить.
Поплелась на кухню за новой порцией воды. Надо бы чего-то перекусить, но организм против. Что он понимает этот организм, конечно? Но заставить себя не могу. Тем более, что, прежде чем кушать, еду для начала ещё и приготовить надо. А на такие подвиги я пока не готова. Так что, заглотив очередной стакан воды, уселась на подоконник высматривать Руслана. От нечего делать, а не по каким-либо другим причинам. Вон тот джип у подъезда, кажется, его. И снег на улице идёт.
А ведь Новый год совсем скоро. Через каких-то пару недель. Раньше мы всегда вместе праздновали. Ещё до Илюшиной болезни. А потом, как-то развалилась наша семья на части. Славик отдалился, сначала переехал, потом начал приходить всё реже, отмазываясь делами, отсутствием времени, а потом вообще пропал. Иногда, конечно, помогал деньгами, но чаще говорил, что и самому жрать нечего. Мама, как могла тянула всё на себе, я заканчивала школу и старалась подрабатывать. Да только кому я нужна была? А те, кому нужна, запросы не про меня имели. Не докатилась ещё. Губы скривились в горькой усмешке. Не докатилась, так докачусь. И можно бить себя кулаком в грудь, что лучше смерть. Но уж я-то знаю, что жизнь всегда лучше. И пока могу, я буду бороться за эту жизнь.
Когда в нашем дворе показался Руслан, мои глаза сразу же прикипели к высокой накачанной фигуре. Красивый мужик. Жаль, такие не для меня. Не свались я перед его машиной, никогда бы не обратил он внимания на замухрышку Катю со средним образованием и кучей проблем на горбу.
На кухне прекрасно было слышно, как поворачивались ключи в замке. Но я заставила себя сидеть на месте, а не бежать ему навстречу. Хотя, какое бежать? Льщу я себе, однако.
