Мы, кажется, с тобой это проходили. Верно? Ты в свадебном платье, вся полна надежд и мечтаний. А я та, кто опять разбивает их. — Хихикает. — Ну что тебе не сиделось дома в своё Мухосранском районе?
— Твой брат, где он, его ранили? Он жив?
— Ты про Ияра? Он сам виноват. Целилась в тебя, детка. Но он решил закрыть тебя собой. Так что ему осталось недолго. Он в соседней комнате. Но не волнуйся. Я дам вам увидеться перед смертью, вы мне нужны до утра. А что же он тебя так волнует сейчас? Ты вроде хотела ему отомстить. Бросалась громкими фразами, что мы тут все заплатим. Усаживайся поближе, будет суперское представление. Так и не обрушила на мою голову небо. Хотя я начала переживать, не буду скрывать. Даже Ияр стал догадываться, но не мог принять, что я могла быть замешана во всём от и до. Он приставил мне пушку к голове. Стоило пустить слезу и поклясться, что его не предам, как он купился. Ты промахнулась в этом месте, Акси, как и все.
Отходит от меня, выкидывая полотенце. Она стоит спиной ко мне. Затыкает пальцами уши.
— Заткнись! — шипит. — Заткнись, кому говорят. Заткнись! — ударяет сама себя по лицу. — М-м-м-м… как этот плач в голове надоел. Сколько можно?!
Я наблюдаю за ее неадекватным поведением, потому что плача никакого нет.
Дёргаю руками. Они крепко связаны. Пытаюсь понять, есть ли на мне сережки. В них датчик. Демис говорил, он может меня услышать и найти в любой момент по ним. Только непонятно, сигнал проходит в этот подвал, или где мы?
— Демис, — зову его. — Демис, ты меня слышишь?
Подстраиваюсь под крики этой чокнутой.
— Я забыла тебе спасибо сказать, что помогла мне так красиво избавиться от моего ублюдка мужа. Всё это время думала: что б такое интересное придумать, чтобы выйти сухой из воды, как всегда. А тут ты сообщила про эти счета. Идеально! — хлопает. — Я сама лично выстрелила ему в затылок на том собрании кланов. Это так легко — спустить курок, а потом изображать горем убитую жену. В другой параллели мы могли бы быть подругами.
— Ты же переживала за него? Разве он не дорог был?
— Дорог? Аксинья, ты еще веришь в сказки? Какая ты глупенькая и жалкая. Да я ненавидела его с того дня, как мой отец узнал о моей тайне. Насильно выдал за него замуж, от позора подальше! — кричит. — Меня как мясо отдали ему. А он насиловал меня каждую ночь. Трахал, как сучку. А я лежала, смотрела в потолок. Думала, когда это закончится. Наполняясь злостью. Бесконечный половой акт. Заставлял меня беременеть. А я устала делать аборты от этого человека. Потом мой папочка заболел. Знаешь, есть такой яд, который убивает не сразу. Человек начинает потихоньку чахнуть, но врачи не понимают, что происходит, потому что он не оставляет следов в организме.
От ее рассказа у меня стынет кровь в жилах. Передо мной съехавшая с катушек девица. Задаю ровным голосом свой вопрос, как это обычно делал Рома. Пробуя освободить руки.
— Ты убила своего отца?
— Да-а-а-а! Представляешь! — с таким восторгом сознаётся. — А-ха-ха-ха. — смеется и вытирает слезы. — Он сам был виноват. Сам учил ставить цель и идти к ней любыми путями. В этом деле нет родственников. Я хорошо это запомнила. Он не воспринимал меня всерьёз, а надо было доверить мне фирму.
Я не виновата, что влюбилась. Не виновата, — настроение ее резко меняется на агрессию, адресованную в мою сторону.
Выпучивает глаза, и зрачки начинают бегать в разные стороны.
— А ты забрала его у меня, — хватает меня за шею. Давит так, что сейчас мои хрящики сломаются. — Я любила его. А ты пришла и всё разрушила. Тварь! Я ненавижу твоё лицо. Тебя ненавижу. Ты во всём виновата. Появилась и забрала его. Нам всё равно не быть вместе, но я хотя бы знала, что его сердце такое же черное, как и моё. И он принадлежал мне. Пусть одинокий и несчастный, но рядом со мной.
— Кого я забрала? — хриплю.
— Ияра! — тихо говорит. — Ияра! Я полюбила его раньше, чем ты. А ты, паскуда ненасытная, забрала.
— Остановись, Иштар, ты ее убьёшь.
Этот голос из темноты я вспомнила. Это Валера. Он оттаскивает ее от меня. Закашливаюсь, делая глоток воздуха, до рвоты.
— Ты сама виновата во всём, что произошло. — Мечется из стороны в сторону. — Все смерти на твоей совести. — Выхватывает маленький нож и черкает по моему лицу, делая маленькие надрезы. — Ненавижу тебя. Дрянь. Ты забрала, забрала…
— Прекрати, Иштар. — Заламывает ей руки.
— Ты влюбилась в брата? — Перевожу дыхание. С ужасом говорю этот бред.
— Почти брата! Ну и что? Сама Клеопатра вышла замуж за своего родного брата. Но мы с Ияром не родные. Сводные, ну и что? Кто придумал эти ограничения в любви? Раньше в наших кругах женились на родственниках. Кровь чище была. Но потом эту традицию забыли.
