Непосредственно перед Объединением примерно каждый седьмой итальянец был подданным папы. Однако существование собственного государства было не единственным, что позволяло ему иметь исключительное влияние на обитателей полуострова и прилегающих островов. Мирская власть папства давала ему возможность — а в действительности даже заставляла — активно вмешиваться в политические и дипломатические дела полуострова. Среди конституционных решений, предложенных для объединенной Италии, была идея, высказанная влиятельным пьемонтским священником и писателем Винченцо Джоберти, который хотел создать конфедерацию с папой во главе государства. Эта идея не воплотилась в жизнь, но благодаря решимости пламенного масона Мадзини Рим стал столицей[46]. И это решение также обеспечило церкви огромное влияние в новой Италии.
Однако сначала такая возможность выглядела весьма призрачной. Захват Рима и изгнание папы из резиденции в Квиринальском дворце обидели его всерьез и надолго. Пий IX заперся в Ватикане; почти 60 лет он и его преемники отказывались иметь дело со страной, которая лишила их земных владений. Папство не уступало, пока к власти не пришел Муссолини. Чтобы уладить проблему, фашистский диктатор предоставил папе значительные привилегии. Латеранские соглашения состояли из двух документов. Один учредил государство-город Ватикан и разрешил то, что стало известно под названием «римский вопрос». Другой, так называемый Конкордат, урегулировал отношения между церковью и государством: сделал католицизм государственной религией, ввел соответствующий обязательный предмет в школьную программу и превратил духовенство в государственных служащих, чьи зарплаты и пенсии с тех пор должны были оплачиваться итальянскими налогоплательщиками.
Катастрофическое поражение Италии во Второй мировой войне и падение фашизма создало вакуум в правом крыле итальянской политики. Либералы, поборники капитализма и свободного рынка, играли в ней важную роль до прихода Муссолини к власти. Но их партия уже давно стала партией аристократии и верхушки среднего класса — землевладельцев юга, промышленников севера и некоторых представителей свободных профессий. А у христианских демократов была идеология, которая привлекала гораздо более широкий срез общества и в особенности нижний средний класс, состоящий из крестьян-фермеров, мелких предпринимателей, офисных работников, квалифицированных рабочих и государственных служащих. Католики обещали нравственную опору обществу, которое предыдущие 20 с лишним лет находилось в плену убеждений, теперь оказавшихся полностью дискредитированными. К представителям церкви были благосклонны оккупационные власти. И, что немаловажно, папа отлучал от церкви любого, кто протягивал руку их наиболее опасным соперникам. Так, в 1948 году папский декрет изгонял из церкви любого, кто распространял коммунистическое учение.
Было бы преуменьшением сказать, что христианские демократы нашли выигрышную комбинацию. Все премьер-министры 1945–1981 годов были из Христианско-демократической партии. И только в 1994 году, когда к власти пришел Сильвио Берлускони, а ХДП к этому времени успела развалиться, правительство впервые было сформировано без представителей этой партии.
Но влияние церкви распространилось далеко за пределы Кабинета министров. Церковь и христианские демократы создали целую сеть объединений, обеспечивших им поддержку во многих слоях общества. Для мелких сельскохозяйственных собственников существовала Coldiretti, а Confederazione Italiana Sindacati Lavoratori, CISL — конфедерация профсоюзов трудящихся — была выделена в 1950 году из состава Confederazione Generale Italiana del Lavoro CGIL, чтобы дать альтернативу католическим рабочим. Ассоциации христианских трудящихся Италии (Associazioni Cristiane Lavoratori Italiani, ACLI) организовали направляемые церковью клубы рабочих. А Confederazione Cooperative Italiane, CCI — Итальянская кооперативная конфедерация, которая была основана после Первой мировой войны — разрослась так, что их сеть «белых» кооперативов была даже больше, чем сеть левого крыла — «красного» первоисточника. Мирская ассоциация Azione Cattolica («Католическая деятельность») — также переживала свой золотой век. К 1954 году она имела более 4000 кинотеатров, которые показывали только фильмы, одобренные церковью.
