Ица полностью

Себе можно было признаться, хотя накатывало какое-то неуместное смущение — ей снова помогал Егор, хотя даже не подозревал об этом. Вот, видимо, в этом и заключался главный момент, который её коробил и не давал покоя. Он ждал от неё честности. Ту, которую он ждал, она без уловок выдала, утаив важную деталь. Ей претило врать. Умом понимала, как некрасиво обманывать, что она не парень. Но ведь она не напрашивалась — они сами так решили. Значит, так тому и быть. В баню она с ними не собиралась и по нужде компанией ходить тоже.

Вроде бы всё понятно. Что же её так угнетало и заставляло нарезать круги по комнате, бессмысленно переставлять вещи, в сотый раз выдвигать и задвигать стул? Неужели не вовремя взыграло пресловутое женское начало? Не сосчитать сколько раз её принимали за мальчика. Раньше ей не было обидно. Она всегда этому радовалась и не стремилась ко всяким девичьим штучкам. Красилась в старших классах только на выступления и выпускной. Да и как красилась: чуть-чуть блеска для губ и туши на ресницы. Тогда что так задело сегодня?

Аня подошла к зеркалу вполовину её роста, которое они с Василисой осторожно несли из магазина и сами вешали на стену возле совместного импровизированного гардероба. Приблизилась почти вплотную и начала рассматривать своё лицо. Кажется, не страшненькая. Кожа чистая. Губы имеются, не тонкие, среднего размера. Брови бы оформить, но и так не зАросли. А как Лариску с Олькой вспомнить, так и вовсе боже упаси от такого кошмара.

Интересно, какие девчонки нравятся Егору? Аня замерла, сердце как будто ёкнуло где-то в горле. Она вздрогнула. Её это не касается. Он в ней девчонку совсем не разглядел, хотя и не всматривался. Она для него — досадное недоразумение, подкинувшее сегодня проблем. Да и не стал бы он с малолеткой возиться. Главное, не засланная и лишнее не болтает. Анька передёрнула плечами. Движение получилось резким, по привычке. Некогда ей было и сейчас ни к чему в девчонку играться.

Аня отошла немного назад. Достала шарф, примерила, прикрывая волосы. Вернула на полку, нашла в вещах Васи тонкий платок и повязала наподобие банданы. Чёлка ей нравилась, косая и игривая. Не мешала и добавляла задорности. Но к чёрту её, только жарко будет дополнительно.

Она никогда не носила приталенную одежду, кроме немногочисленных платьев в редких случаях. Хорошо, что сегодня оказалась в старых свободных прямых джинсах. Была у неё ещё пара в обтяжку, но не вариант. Спортивные штаны слишком мягкие и тоже обрисуют, и ладно бы ещё ногу, а вот попу… При всей её не выдающейся задней части, она всё же круглее пацанской. Аня переоделась в чистую футболку. В конце концов, она же в том дворе не жить собиралась. Одних джинсов за глаза хватит.

Она отвернулась от зеркала и тут же уставилась в него снова. Грудь у неё небольшая, как и «заказывала» подростком, когда та расти начала. Однако, соски вечно торчком. Без лифчика не походить. Хотя и в нём тоже. Если вдруг придётся снять куртку, лямки обрисуются под одеждой в любом случае.

Аня оделась и выскочила из комнаты. Добежала до простой неприметной парикмахерской. Изысков ей не требовалось, а девушка там работала с лёгкой рукой. Она снова коротко подстриглась, избавившись от отросшей чёлки. Вася будет ругаться, что ж поделать. Затем Аня зашла в аптеку и купила несколько рулонов широкого эластичного бинта. Порадовала себя слойками с лимоном из пекарни по пути и вернулась в общагу.

Она распаковала бинт, разделась и снова встала перед зеркалом. Сильно поджимать грудь не было нужды — не столько там у неё добра, но торчуны спрятались и появилась видимая сглаженность. Покрутилась — неплохо. Подумалось, что повязка всё равно может сползти. Замоталась по-другому, с перекидом полос через плечи. Почувствовала себя увереннее. Она так же обернула в пару кругов талию, которая, как прорисовалась, такой и осталась с соплячества. Явная. Аня провела по бокам ладонями. Слишком. Добавила ещё парочку оборотов бинта. Очевидные впадинки исчезли. Она надела сверху прямую плотную футболку и снова повернулась в разные стороны.