Да означает все это — то, что как груди, так и половой орган есть «лицо к лицу», есть «лицо для лица», с исключением от взора, от видения всех прочих во вселенной лиц, в отношении которых всех и появляется «стыд», т.е. «не смотри», «не покажу». Наоборот, не только нет этого чувства застенчивости и скрытности, но есть «зов» в отношении того, к кому орган обращен: мать манит младенца грудью и дает ему играть ею; а половой орган и обращен единственно к мужу, — т.е. к единственному во вселенной существу, с которым он и имеет соотношение, и уже в отношении его нет стыда!! «Ласки», как известно, простираются так далеко и глубоко, что никакое их описание и даже одно только наименование невозможно и никогда не было произнесено ни на одном языке мира хотя бы как намек. Здесь «вывороченность» полная и «зов» так силен, что, конечно, есть что-то не только отвергающее стыд, но и явление, пожалуй, новое, для которого нет слова, но суть которого в обратности стыду. Это — не без-стыдство, но анти-стыд, жажда, потребность и готовность дать ощутить самое внутреннее, притом — чтобы ничто не осталось затаенным, — сперва одним, и потом другим способом, и потом бесчисленными способами, сперва для одного и потом для другого и, наконец, для всех других органов восприятия, ощущения. Причем, конечно, Дездемона и Отелло, Татьяна Ларина и муж ее не были после этого анти-стыда менее целомудренны, нежели Офелия и Гамлет, не нарушившие стыда когда-нибудь. Что́ же означает это? Что за феномены?
Да это-то, притом это одно или главным обрезом, и показует, что
1) Перси есть лицо к ребенку своему, т.е. что он лицо матери!
2) И половые части суть лицо супружества, мужа — к жене, жены к мужу. С ЗАКРЫТИЕМ для всего остального мира.
Если бы то́, что именуется «половою сферою», не было лицом, пожалуй, — Лицом: то́ тогда не было бы личного брака, а лишь было бы безличное половое соединение, т.е. одна проституция, вечная и непрестанная. Как «орган», где — «орган», так — проституция, там — проституция. И по сему весь свет — и наука и законы ошибаются грубо и страшно (опасно), наименавливая «это тайное» — «органы». При таком наименовании и понимании семья была бы невозможна. Поэтому так называемую «половую сферу» можно еще наименовать душою семьи, колыбелью семьи и двое-личием супружества. Муже-личие — мужская «сфера», жено-личие — женина «сфера». Семья, конечно и начинающаяся с мужа и жены, в их так называемой «половой сфере», никому не показываемой, от всего света сокрытой, и имеет все:
Лицо,
душу,
притяжение,
связность.
Все!! Все!!
Святая сфера — как не сказать. Слово само рвется из уст:
Семья
Род
Потомство
Предки.
А от мира, от Вселенной, от всего «прочего» они отвернуты и signum[64] этого, закон этого, орудие этого, «ворота» и «замок» сей священной обители, и есть «стыд». — «Стыдно всех» — кроме «мужа»; т.е. не касайся, — даже взглядом, даже мыслью, даже самым «представлением» и «понятием» — того, к чему ты, и каждый другой, и все прочие люди, весь свет — не имеете отношения: потому что это принадлежит моему мужу, и в целой Вселенной только ему одному.
Как не сказать, в каком-то страхе, — ЕМУ ОДНОМУ — о муже.
И — ЕЙ ОДНОЙ — о жене.
Оба вырастают в Геркулесов. В первородное. В высокородное. «Мужа» — его «надо бояться» (миру). Он «страшный».
«Жена» — ее надо бояться, ей уступать дорогу, при ней не вести пустых разговоров. Она — «грозная» (из нее прут дети).
Вообще семья — «страшное». В «черте», в магической черте, которую вокруг нее провел Бог.
Таким образом, «стыд» есть «разграничение». Это — «заборы» между семьями, без которых они обращаются в улицу, в толпу, а брак — в проституцию[65]. «Стыд» и есть «я не проститутка», «я не проститут». — «Я — не для всех». Стыд есть орган брака, — и вот в отношении его, явления чисто духовного, уместно название «органа». «Стыдом» брак действует, отгораживается, защищается, отгоняет от себя прочь непричастных. Это — его «щит» и «броня», т.е. «орудие» и «средство», «орган». Тогда как телесная половая сфера суть «существа», «дух», «система» и «царство». В отношении ее (половой сферы) «стыд» есть незримый, духовный покров «невидимости», «некасания», «сбережения». «Стыд» есть Ангел Хранитель, оберегающий то, что́ очевидно по ценности и значительности для бытия человеческого и достойно быть оберегаемо Ангелом Хранителем.
* * *
Они-то их целуют в плечико, а те всё им «накладывают». Вот уж по- истине «смирись, гордый человек». Смирился.
