Сам же Вар с остальным войском вступил в Самарию, однако не тронул города, так как ему было известно, что, в то время как вся страна находилась в брожении, здесь царило полное спокойствие. Он разбил лагерь близ деревни под названием Ар, принадлежавшей Птолемею. Именно поэтому она была разграблена аравийцами, ненавидевшими как самого Ирода, так и его друзей. Вслед за этим он вступил в Цафу, другую укрепленную деревню, которая была разграблена точно таким же образом, так что было взято все, что можно было там найти. Огонь и кровопролитие царили повсюду, и ничто не могло остановить чинимого аравийцами грабежа. Также и Эммаус, оставленный жителями, был предан огню по приказанию Вара, желавшего отомстить за смерть Ария и всех, павших вместе с ним.
2. Затем он подступил к Иерусалиму, где при первом же взгляде на Вара и его войско еврейские отряды рассеялись без следа и разбежались по всей стране. Горожане же приветствовали Вара, отрицая любое обвинение в своем участии в мятеже. Они заявили, что сами не пошевелили и пальцем, но, будучи вынужденными принять по случаю праздника толпы посетителей, подобно римлянам, оказались в осаде, не имея ни малейшего отношения к мятежу.
Перед этим Вар был встречен Йосефом, двоюродным братом Архелая, Руфом и Гратом, возглавлявшими себастийцев и царское войско, а также членами римского легиона, имевшими при себе обычное оружие и снаряжение, — ибо Сабин, не осмеливаясь предстать перед Варом, тем временем покинул город и устремился к побережью. Вар разослал по всей стране отряды, преследовавшие зачинщиков мятежа, и многие были схвачены. Те, кто, как казалось, принимал менее деятельное участие в бунте, были взяты под стражу, зачинщики же распяты — всего около двух тысяч человек.
3. До сведения Вара дошло, что в Идумее все еще собраны силы мятежников, около 10 тысяч тяжеловооруженных человек. Вместе с тем он обнаружил, что аравийцы поступали не как союзники, но воевали с собственными целями и в противоположность желаниям Вара разоряли страну из-за ненависти к Ироду. Поэтому он отослал их и со своими легионами поспешил навстречу восставшим. Однако те, приняв совет Ахиава, сдались еще прежде, чем им был нанесен удар. Вар полностью помиловал рядовых участников мятежа, однако главарей отправил к Цезарю для допроса. Цезарь простил большинство, но некоторых царских родственников (ибо среди мятежников были люди, связанные с Иродом кровными узами) приговорил к смерти за то, что они выступили против царя своей собственной крови. Вар же, приведя таким образом дела в Иерусалиме в порядок, оставил там гарнизоном тот же легион, что был прежде, и вернулся в Антиохию.
1. Тем временем в Риме Архелай был вовлечен в новую тяжбу, на этот раз с евреями, которые еще до восстания прибыли с разрешения Вара в Рим просить об автономии. Их было 50 человек, и более 8 тысяч евреев в Риме поддерживали их. Цезарь собрал римских магистратов и своих собственных друзей в храме Аполлона, выстроенном им на Палатине и украшенном со всевозможной щедростью. Толпа евреев и послы стояли против Архелая и его друзей; друзья его родственников держались в стороне от тех и других, не желая стоять рядом с Архелаем из ненависти и зависти к нему, но и не хотели, чтобы Цезарь видел их среди его обвинителей. Их поддерживал также брат Архелая Филипп, посланный в Рим благодаря доброте Вара с двойной целью: он должен был поддерживать Архелая, но, если бы Цезарь разделил владения Ирода между всеми его потомками, он должен был обеспечить себе свою долю.
