— Вы точно ненормальные, — не поверил своим ушам я. — Какая длительная изоляция? У нас осталось меньше двух недель!
— Праймирис отправит тебя на отрицательный слой Юнисферы, Артём, — сделала шаг вперёд Ворона, а из глаз девушки ещё сильнее полились слёзы. Странно, а вроде бы вообще никогда не плакала, а тут такой потоп. Видимо, предатели приготовили для меня что-то действительно страшное. — На этом слое время практически стоит на месте. Минута здесь — год там. — По спине пробежала толпа мурашек. Нет, они не посмеют! — У тебя есть сто лет, Артём, чтобы избавится от присосавшегося к твоей душе демона. Ты вернёшься на Землю через сто минут, и если ничего не изменится, то срок заточения увеличится до пяти сотен лет. И так будет, пока ты не справишься или пока Ключник не уничтожит наш дом. Слушай своё сердце, любимый, я всегда буду частью тебя и дождусь твоего возвращения.
Ворона не сдержалась, грохнулась на колени и разревелась уже по-настоящему. Девушку била дрожь, а из груди вырывались прямо-таки нечеловеческие завывания. К ней подскочила Кара и обняла, но мне было плевать на её чувства. Мне было плевать на всё. Сто лет! Они обрекли меня на заточение хрен знает где на целую грёбаную сотню лет!
Додумать эту мысль у меня не получилось. Всё поле зрения заполнила чёрная пелена, на фоне которой появилась белая строчка текста:
— Внимание! Совершён перенос на закрытый слой Юнисферы. Количество игроков на слое: 1. Количество иных существ на слое: 0. Внимание! Поступил внешний запрос на блокировку выхода сроком на сто лет. Приоритет Альфа. Полномочия подтверждены. Выход в реальность будет разблокирован через 99 лет 11 месяцев 30 дней 23 часа 59 минут 59 секунд… 58…57…56…
Так началось моё заточение. Как очень быстро выяснилось, этот слой полностью копировал привычную мне Юнисферу. Тут был свой Хронтаун, идентичные некогда посещённым локации, но этот слой был мёртвым. Абсолютное одиночество — вот что меня ждало ближайшие сто лет.
Первые несколько недель я провалялся в апатии на королевском ложе во дворце Хронтауна, всё больше погружаясь в пучину отчаянья собственных мыслей. Хоть в душе бушевало яростное пламя, сжигающее меня изнутри, но сил делать что-либо не было от слова совсем. Ох, какие мысли блуждали в моей голове в те дни. Я помню, как представлял смерть моих мучителей тысячами разных способов.
Я очень быстро понял, что если не займу себя чем-либо, то попросту сойду с ума. Неимоверным усилием воли я всё же поднялся с кровати и начал действовать. Вариантов у меня было довольно много. На этом слое были деревья, значит, можно вырубать лес и осваивать плотницкое искусство. Также здесь была и руда: можно будет заниматься добычей, а потом и выплавкой металлов. Были на этом слое и травы, а это совершенствование в области алхимии.
Ещё одно важное занятие, которым я мог занять свой полыхающий яростью разум, — совершенствование своих боевых навыков. Понятное дело, что без спарринг-партнёров или учителя добиться выдающихся результатов в этом сложном деле невероятно трудно, но я буду стараться. Мне надо стать сильнее, чтобы отомстить предателям. Да и потом в моём распоряжении оказалась огромная библиотека Хронтауна, наверняка там можно отыскать много всего полезного. А ещё на этом слое отсутствовала магия. Вообще, и, пожалуй, вот это стало самым страшным ударом.
Так потянулись мои дни. Работал до изнеможения, до кровавых мозолей на руках, чтобы пот застилал глаза, пока силы не покинут тело и я не вырублюсь прямо на месте. Только так получилось давать выход бушующей внутри меня ярости.
Дни складывались в месяцы, а месяцы плавно перетекали в годы. Мне казалось, что я разучился говорить. Связки гортани попросту атрофировались, перестали функционировать. Но мне было на это плевать. Я рубил деревья, обрабатывал их на пустых лесопилках, читал пособия по плотницкому делу, вытачивал в мастерских различные предметы, из года в год совершенствуя своё мастерство. Если надоедало возиться с деревом, переключался на добычу руды, выплавку металлов, освоение кузнечного ремесла или совершенствовался во владении оружием. Затем отправлялся за травами и практиковался в алхимии. И так по кругу, из года в год.
