– Что вы имеете сказать?
Кому – сказать? Вам и вашим подручным, поклявшимся «не простить»? Вам давным-давно сказано всё. И добавить – нечего. Ничего не ответил Михаил Осипович. Заложил руки за спину и, вновь в окружении стражи, покинул зал, чтобы отправиться в свой последний путь.
Через каких-то две недели должно было стукнуть ему пятьдесят девять лет. Немалый жизненный путь лежал за плечами. Немало сделано было на нём. И, если вглядеться, то не вёл ли он весь – к этому дню? К этому финалу? Мог ли сложиться иначе?
Михаил Осипович Меньшиков появился на свет в Псковской губернии, в городе Новоржеве. Детство его прошло в крестьянской избе, хотя родители не имели никакого отношения к крестьянам: отец, сын сельского священника носил самый низший чин в Империи – коллежского регистратора, мать происходила из дворянского рода, совершенно, однако, разорившегося. Жили бедно, едва сводя концы с концами. Из-под родительского крова по протекции дальнего родственника юный Миша отправился в Кронштадт, в морское техническое училище. Море звало его, о море с его необъятным, неохватным пространством он мечтал в тесной избе, но, кроме моря, начинало пробуждаться и ещё одно влечение – тяга к перу. И в Кронштадте будущий моряк вместе с несколькими единомышленниками впервые приобщился к журнальному делу, наладив выпуск ученического журнала. Впрочем, тогда ещё не думалось, что не море, а именно журналистика станет главным делом его жизни.
Флоту было отдано Михаилом Осиповичем почти двадцать лет жизни, в которые он ходил в дальние плавания штурманом и инженером-гидрографом. И флоту были посвящены его первые статьи, ставшие появляться в печати в начале Семидесятых. Одна за другой вышли книги «По портам Европы», «Руководство к чтению морских карт русских и иностранных», «Лоции Абоских и восточной части Аландских шхер»… Новое призвание овладевало им всё отчётливее, и, дослужившись до чина штабс-капитана, Меньшиков вышел в отставку и стал постоянным корреспондентом петербургской «Недели», а затем секретарем и ведущим литературным критиком и публицистом этой газеты и ее приложений.
Его острые статьи имели большой успех у читателей. Большой талант «Морячка», как прозвал его Чехов, признавали и в литературных кругах.
– Я зол на вас за то, что вы не верите в свой талант. Даже письмо ваше художественно. Пишите – ибо это и есть ваша доля на земле! – горячо наставлял Меньшикова трогательно заботливый, прозрачный от болезни Яков Надсон. Этот совсем молодой человек, поэт, обожаемый публикой, стремительно угасал от пожирающей его чахотки. «Пишите – ибо это и есть ваша доля на земле!» – этот завет почившего друга Михаил Осипович исполнил.
Он писал, не зная усталости и творческого простоя. Писал обо всех проблемах русской жизни. Не было недели, в которую из-под его пера не вышло бы нескольких крупных статей. Статьи, опубликованные в «Неделе», выходили потом отдельными книгами. Вначале влиял на Меньшикова Толстой. Сильно поразили его нравственные идеи графа. И следуя им в тех ранних статьях Михаил Осипович склонен был к морализаторству. Лев Николаевич называл их превосходными, и дорог был отзыв его: «Я давно знаю Вас и люблю Ваши писания». И не менее дорог – Лескова: «Я высоко ценю Вашу дружбу, люблю Вас».
Но самые крепкие узы связали Меньшикова с Чеховым. Удивительным человеком был Антон Павлович. Так чудно сочетался в нём глубокий ум, лёгкий, тонкий юмор, высокая подлинная интеллигентность, природная, а не играемая, как у иных. Поглотила и его во цвете лет ненасытная чахотка, и утраты этой никак, никем восполнить нельзя было. Так и осталась – брешь.
– Вы интересный человек и статьи ваши наводят на тысячу мыслей, и является желание написать вам и побеседовать с вами… Если бы я издавал журнал, то непременно пригласил бы вас в сотрудники и был бы огорчен, если бы вы отказали мне… – говорил Чехов.
Сам Антон Павлович издавать журнала так и не стал. Но вместе с братом Александром стал активнейшим сотрудником суворинского «Нового времени». Уговорили и Михаила Осиповича влиться в их дружный коллектив. «Неделя» к тому времени была закрыта, и Меньшиков предложение принял.
«Новое время» в ту пору безраздельно господствовало над умами. Эту газету читали от Балтики до Камчатки, ни одно издание не могло сравниться с ней ни тиражами, ни влиянием. Кроме Чеховых и Меньшикова, в ней подвизались многие замечательные авторы, включая Розанова. «Новому времени» отдал Михаил Осипович семнадцать лет жизни, став ведущим публицистом издания. Его «Письма к ближним» с рассуждениями о самых разных, самых больных вопросах русской жизни стали эпохой в истории русской журналистики.
