В теории можно запросить поддержку через сеть, или же поискать необходимые сведения самостоятельно. Мелькнула мысль: «А смысл? Найти, пожалуй, найду. Но разве сведения сделают меня специалистом?» В сомнении Фокс покачал головой. Мало знать что-то, надо уметь применить это «нечто» на практике.
Что ещё? Выбраться наружу и пройти путь, проложенный машиной? На этот счёт – новая мысль: «Плохая идея. Допустим, выйду. Осветить путь могу. Но… прошёл же лишь половину запланированного маршрута. И это… да, только сто пятьдесят километров из трёхсот».
А гравимобиль – в начальной точке пути. И это составляло проблему, да ещё какую!
Фокс боялся не физических нагрузок. Хотя да, идти пришлось бы долго. За сколько он преодолеет сто пятьдесят километров пешком?
Но мало того! Пройти расстояние нужно по тонкой корке пород, а прямо под ней – потоки магмы. И это меняло дело.
Энергосистема функционировала, поэтому охлаждение тоже работало. Фокс не ощущал близкого присутствия магмы. Но так ведь только теперь, а покинь он кабину…
Ситуация резко бы переменилась. Защитный костюм имелся, слава героям прошлого, и оберегал от перепадов температуры. Тут всё замечательно. Однако выдержать долгое пребывание в подземном аду, разогретом близостью магмы, вряд ли помог бы и костюм.
И всё также – десятки часов на дорогу: непозволительная роскошь в нынешних обстоятельствах.
Системы землеройной машины редко давали сбой. Помнится, в древности такую работу сравнивали с часами. Как там было?
Фокс вспомнил фильм из собрания первопроходцев. Смотрел его в режиме сопереживания и потому отменно прочувствовал. Перед глазами замелькали знакомые картины. Тело ощутило привычное состояние входа в иллюзию, не отличимую от реальности.
Сколько лет фильму: двести, триста? Хорошо, хоть вполне адаптировали к новым форматам. И вот там-то фигурировали объекты для механического измерения временных потоков.
Фокс прикрыл глаза и представил. Вот он, тот прибор, внутри которого двигались пружины в виде спиралей побольше и поменьше. Их работа могла с поразительной точностью отображать повторяющиеся и равномерно следующие друг за другом моменты.
Фильм снимали на Земле. Показатели использовались тоже земные. Длительность минимального момента, который отображался прибором, привязывали… ага, к чуть более одной восьмидесяти тысячной доле суточного оборота Земли вокруг оси.
Но главное не это! Важны не пружины и даже не измеряемые последовательности как таковые. Приборы работали удивительно надёжно, отмеряя фрагменты движения Земли вокруг оси. Эти фрагменты складывались в минуты, часы, сутки.
С надёжностью приборов сравнивали действия прочих устройств. Так и говорили:
– Работает как часы!
Просмотренный Фоксом фильм снимался на заре расселения людей по Галактике. Тогда относительность хода времени только-только перешла из области теории в практическое измерение. Но иллюзия общности хода часов в дальних краях вселенной всё ещё сохранялась.
Даже при сверхдальних путешествиях фраза «работает как часы» смысл сохраняла.
Эра сверхсветовых путешествий всё изменила. Открылись новые пути, сочетающиеся с собственным течением времени по краям Галактики, а вот старая фраза смысл утратила.
«Работает как часы» где: на Земле, Зандаре, Треценте или любой другой планете? Перелёт сглаживал временные аномалии. Но это не значило, что время текло одинаково на Зандаре и той же луне Саффара.
Туда ещё, кстати говоря, надо бы добраться, чтобы исследовать обломки звездолёта.
Впрочем, неважно, имелся смысл у старой фразы или нет. Двигатель обычно работал надёжно. Странно ещё, что интеллектуальная система не предупредила…
Внезапно по телу Фокса пробежал холодок. И дело было не в сбое системы охлаждения. Фокс вспомнил, что во время соревнований спортсмены переходили на ручное управление, а интеллектуальные системы отключали.
Сейчас в недрах землеройной машины, где скрывался кибернетический мозг автопилота, управляющая система мирно спала. Фокс сам перевёл её в режим гибернации. В период соревнования в ней не возникало надобности, ибо…
Вот именно! Обычно двигатель отключали только на финише. А при включении интеллектуальная система функционировала в штатном режиме. Нештатная же произошла сильно позже. Такого не случается и только в теории можно понять, что происходит тогда.
«Вот же слабонервный осёл!» – обругал себя Фокс и запустил интеллектуальную систему землеройной машины. А ещё – вспомнил о сигналах бедствия, которые сопровождали остановку.
Куда он вообще хотел идти?
Между тем интеллектуальная система полностью запустилась, и Фокс услышал до боли знакомый голос:
– Здравствуйте. Готов к работе.
Голос звучал в шлемофоне. Впрочем, можно настроить прямой контакт через имплант в мозгу. Фокс не очень любил так делать: смущали чужие голоса, звучавшие в голове. Со своими бы разобраться.
Теперь следовало отдать приказ:
– Провести тестовую проверку систем.
