– Эй, слышь, хватит! Отойдите от него! – крикнул, будто не слыша сам себя, Антон. Парни на секунду остановились и повернули головы, оценивая свою возможную новую жертву. Времени размышлять не было, и Антон, будто бы посмотрев куда-то в сторону, в темноту, снова закричал: «Эй, полиция! Полиция! Сюда, вот они, здесь!». Толпа почти мгновенно разбежалась врассыпную – видимо, совсем не желая проверять, был ли там кто-то из полицейских на самом деле или же нет.
– Парень, эй! Звони в скорую! Да, ты! Ладно, иди, сам позвоню! – бросил Антон прохожему и, доставая телефон, подбежал к лежащему на земле парню, вокруг которого уже собралось несколько девушек.
В пабе пахло жареными гренками, пивом и, несмотря на запрет курения в общественных местах, сигаретами. Макс тоскливо допивал свой бокал пива и гонял по столу рублёвую монетку, сам даже не знающий, когда и откуда она там появилась. Внезапно за столом неподалёку он увидел, как ему показалось, знакомое лицо. Где же он видел этого парня? Откуда, откуда он мог его знать? Максим хаотично перебирал в голове события и лица, и в какой-то момент встал с лавки и пошёл к другому столику.
– Привет, – сказал Макс одному из трёх сидевших за столом парней.
– Привет, – непонимающе ответил ему тот.
– Ты меня не помнишь?
– Нет…
– Неделю назад, у клуба, у «Койота». На меня там типы набросились, ты с кем-то подбежал, вы стали кричать, разнимать нас, потом скорую вызвали.
Парень на несколько секунд задумался и окинул взглядом своих молчаливо сидящих друзей.
– Ну, наверное, да. Было дело. Да, скорую потом вызвал тот, второй.
– Значит, я не обознался. Спасибо тебе. Возможно, что я жив только благодаря вам двоим, кто знает.
– Да не за что, – как-то даже виновато ответил парень.
– Я Макс, – сказал Ламанский и протянул руку.
– Павел, – привстал со стула и ответил рукопожатием новоиспечённый спаситель.
– Слушай, прикольные у тебя часы, – сказал, пожимая руку и разглядывая серебряный циферблат, Макс.
– Всего лишь «Алиэкспресс», – смущённо ответил Павел.
– Ещё раз спасибо. Официант! Да, сюда. Слушай, вот этому парню налей самого хорошего пива, что у вас есть. Счёт потом мне, вот за тот стол. Окей?
Официант одобрительно кивнул и удалился, а Максим вернулся за свой стол. Павел сидел молча и даже не успел ничего ответить.
– А я смотрю, ты, блин, герой! – усмехнулся Коля Бородин, один из старых школьных друзей.
– Просто проходил мимо, – опустил глаза Павел. – Оказался не в то время, не в том месте.
– Ну, судя по всему, всё совсем наоборот, раз ты человека спас, – ответил Женя, второй знакомый.
– Не знаю, – сказал Павел и посмотрел в сторону столика Максима, где уже вовсю продолжалось веселье.
Максим сидит за барной стойкой и, глупо улыбаясь, крутит в руках маленький блестящий предмет. «Ну что теперь, всякое бывает… Ну подумаешь, не успел… Хотя, может быть, это бы всё и изменило? Может быть, и изменило. Но теперь-то какая разница…» Мысли парня уже давно путаются, но, судя по выражению лица, он рисует себе вполне приятные картины в голове и через пару мгновений решает заказать ещё какой-нибудь напиток.
– Эй, шеф, заряди четыре бокала пива, – выкрикнул из-за плеча Макса бармену какой-то парень.
– Ну ты здесь не один такой, кому нужно что-то заказать, – вставил Максим.
– Прости, брат, пацаны ждут, я очень быстро.
От парня разило пивным перегаром и дешёвыми сигаретами. Он махнул рукой столику неподалёку, откуда в ответ ему показали уже несколько другой жест и дружно заржали несколько ребят. Максу была неприятна вся эта глупая ситуация, но он отвернулся и продолжил допивать свой стакан.
В клубе играла совершенно сумасшедшая музыка, и в своих невнятных кривляниях, которые считались вроде как танцами, люди словно сходили с ума. Крики, смех, непонятный свист, музыка – всё смешалось в голове, а кровь бурлила от безумного количества алкоголя. Молодёжь выбрасывала энергию, накопившуюся либо от постоянного безделья в вузах, либо от радости достигнутых ничтожных побед на работе. Они топтали друг другу на танцполе свои драгоценные китайские кеды и забрызгивали напитками модные китайские футболки, но всем было плевать, ведь здесь все просто обожают эту восхитительную псевдопозицию свободы от окружающего мира и могут позволить себе всё, что угодно. Что угодно из того, что в этой жизни не имеет никакой ценности, конечно.
Сознание Макса постепенно куда-то уплывало, музыка в голове становилась всё приглушённее, а самые страшные и тяжёлые мысли – всё громче. На дне стакана болтался нерастаявший кусочек льда, но парень всё же не стал просить повтора – нужно было разогнать кровь и немного прийти в себя на танцполе.
