Девушка кивнула и вышла из кабинета. Я же сделал глоток чая и откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза. Отметив, что после помощи Лидии я чувствовал себя прекрасно. Даже еще одного батончика энергона не понадобилось. Хватило легкого транса.
Дверь открылась, и в кабинет вошла Муромцева.
— Если вам все же нужна помощь душеправа, я готов провести сеанс, — не открывая глаз, произнес я.
— Василий Михайлович, убийство одного человека не идет ни в какое сравнение с тем, что мне довелось видеть в своей жизни, — послышался голос девушки.
— Двух человек, — поправил я секретаря.
Муромцева промолчала.
— Сегодня приема не будет, — продолжил я. — В связи с этим трагическим обстоятельством. Сейчас жандармы опрашивают всех, кто был во дворе и мог что-нибудь видеть. После чего будет приниматься решение, соответствовали ли требования к охране лекарского корпуса всем необходимым пунктам. Но думаю, это быстро решат нужные люди. Значит, у нас вышел дополнительный выходной. На который у меня появились планы.
Виктория усмехнулась и покосилась в сторону приемной, но я с осуждающим видом покачал головой:
— Фу, какие пошлые у вас мысли, Виктория Ильинична. Я всего-лишь имел в виду небольшое, независимое расследование. Может быть, у нас получится пролить свет на это темное дело?
— Вы хотите попытаться распутать это убийство? — удивленно переспросила Виктория.
— Вряд ли этим будет заниматься жандармы, — ответил я. — Дело спишут за гибелью подозреваемого. Особенно если Холодов бастард, и со стороны родни будет некому следить за ходом дела.
— Там же все понятно. Один из пациентов совсем обезумел и решил прикончить какого-то бедолагу. Вот и все.
Я кивнул:
— Уверен, что так же подумают и жандармы. Но! — поднял указательный палец и продолжил. — На убитом была обычная одежда, а не ряса лекарни. Но он был ранен у больничного крыла. И это уже наводит на разные интересные мысли. Разве вам не любопытно, что он там делал, Виктория Ильинична?
— И с чего вы хотите начать расследование? — поинтересовалась Муромцева.
Я ненадолго задумался:
— Полагаю, с обеда, — произнес после паузы, и пояснил. — В связи с сегодняшними событиями пообедать так и не удалось.
Девушка удивленно подняла бровь, а затем усмехнулась:
— А если серьезно?
— Для начала, хотелось бы узнать, кто такой этот Холодов, и что он делал возле лекарского крыла, — ответил я встал с кресла, и направился к двери. — Это даст нам догадку, как этот человек довел до приступа гнева нашего стрелка.
— А если этот человек просто хотел кого-нибудь убить? — хитро уточнила девушка.
Я покачал головой:
— Вряд ли.
— Почему?
Я остановился у двери. Обернулся и ответил:
— Потому что если бы он был признан агрессивным и опасным для общества, то его никогда бы не выпустили на прогулку в общий двор. Только в закрытый внутренний дворик, в чип-браслетах, которые блокируют силу, и под усиленной охраной. При попытке к бегству, его бы без сожаления убили.
— Может быть, он бежал из корпуса и хотел вырваться с территории? — предположила Муромцева.
— Не может, потому что тогда бы в корпусах было поднята тревога, — возразил я. — И вся охрана комплекса блокировала бы комплекс. Я не был в местных лекарнях, но обычно миньонов-разведчиков в таких корпусах так много, что бежавшего хворого найдут уже через минуту.
— И что остается? — уточнила Виктория.
— Ну, моя версия в том, что этот самый Холодов смог очень сильно повлиять на душевное равновесие стрелка. Но Холодову этого показалось мало. И он зачем-то решил проведать стрелка уже в больничном корпусе. Что и стало его роковой ошибкой. Кстати, сегодня приемный день?
Я открыл дверь и вышел в приемную.
Лидия сидела за столом. Смотрела в монитор, и быстро стучала пальцами по клавишам. Заметив меня, она отвлеклась от своего занятия и улыбнулась:
— Вы домой, Василий Михайлович? — уточнила она.
— Сначала на обед, — ответил я.
— В нашем комплексе есть отличная столовая, — произнесла девушка. — Уверена, блюдо дня вам очень понравятся
Обедать в комплексе мне не захотелось, поэтому я покачал головой:
— Обязательно ее посещу, но не сегодня.
Лидия кивнула:
— Хорошо. Было бы неплохо составить меню для повара. Чтобы он точно знал, что готовить для вас.
— Я составила список блюд для княжича Юсупова, — внезапно заявила Виктория, а потом улыбнулась мне, — Вы ведь не возражаете, мастер, что я занялась своей работой?
— Конечно, спасибо вам за вашу заботу. Но сегодня я хотел бы познакомить вас с кухней, которая мне по вкусу. Вы ведь позволите мне, пригласить вас на поздний обед?
Было заметно, что Муромцева собиралась возразить, но под осуждающим взглядом Лидочки вынуждена была кивнуть.
— Тогда идемте, — заключил я и направился к дверям. — До понедельника, Лидия.
— До понедельника, Василий Михайлович, — ответила секретарь.
Уже у двери я остановился, обернулся и произнес:
— А вы…
— Увы, у меня еще много дел, — с сожалением ответила девушка. — Так что сегодня я скорее всего задержусь до вечера.
Я кивнул:
— Если будет нужно — я готов выйти в свои выходные. Так что если будут интересные дела…
