– Как бы то ни было, нужно поймать того, кто замышляет дурное против тебя, – Дарен скрестил руки на груди. – Защитные амулеты, волшебный пес – это, конечно, хорошо. Но как ты смотришь на то, чтобы на время переехать с детьми ко мне? В целях безопасности, конечно!
Я ошалело моргнула. Казалось, сейчас Дарен рассмеется и признается, что пошутил. Но он оставался серьезен и смотрел испытующе, ожидая ответа.
– Переехать… к тебе? – уточнила я, прочистив горло. – Нет-нет, что ты. Это исключено.
– Почему же?
Взволнованная неожиданным предложением, я вытащила стул из-за стола, присела напротив Дарена и чинно сложила руки на коленях.
– Дарен, я понимаю, что для тебя условности и нормы поведения и жизни в обществе кажутся ерундовыми и не стоящими внимания, но для меня это неприемлемо. Я понимаю твои благородные мотивы…
В этом месте внутренний голос пропищал: “А может, и не очень благородные, но что взять с драконистого раздолбая?”.
– Я тебе не родственница и не жена. Как это будет выглядеть? Тем более, здесь у нас устоявшийся быт, мастерская и лавка. На кого я их оставлю? А если в наше отсутствие здесь все разгромят?
Все это было так, да. Но предложение Дарена снова всколыхнуло страх за детей. Будь я одна, боялась бы не так сильно.
Он выслушал меня внимательно, на лице не дернулся ни один мускул.
– Стоит признать, ты права. А я от злости позабыл обо всем, – он развернул стул и оседлал его, сложив руки на спинке. – Но ты ведь понимаешь, что в твоем положении опасно обращаться к стражам порядка? Если кто-то решит проверить тебя от и до, наверняка обнаружит много интересного. Конечно, могут подумать, что вы с Танитой Зорвир полные тезки, но оно тебе надо?
Он словно прочел мои мысли.
– И что ты предлагаешь? – я вздохнула и потерла ноющие виски.
– Сейчас…
С невозмутимостью буддийского монаха он наклонился вперед, схватился за мой стул и подтащил ближе к себе. Кухню огласил натужный скрип, а я даже пикнуть не успела. Наши колени соприкоснулись, и дракон пробасил:
– Если вы не можете переехать ко мне, тогда я перееду к вам. Меня никто не посмеет упрекнуть в аморальном поведении, – закончил он, сверкнув кривой улыбкой. Да так, что я аж схватилась за сердце.
– Ладно тебе, Танюша. Я ведь пошутил, не пугайся так, словно я, и правда, злющий дракон, – поняв, что перегнул палку, произнес он извиняющимся тоном.
Да чтоб его! Опять эти шуточки на грани.
– Где моя самая большая ложка? – я демонстративно огляделась.
– Зачем она тебе?
– Дать тебе по лбу, вот зачем!
– Неужели у тебя рука поднимется?
– И не только рука.
Я поймала себя на мысли, что эта шутливая перепалка меня веселит. И в то же время видно, что он помочь пытается, хоть и в своей манере.
– Я не собираюсь переезжать к вам окончательно и бесповоротно. Я, конечно, наглый…
– Рада, что ты это признаешь, – я улыбалась.
– Но не настолько, – дракон поднял указательный палец вверх. – Поэтому буду просто ночевать у вас. И не спорь.
– Почему ты это делаешь? Почему мне помогаешь?
– А ты разве не поняла? У тебя один и тот же вопрос по кругу.
– Ну… – я догадывалась, но не хотела признавать, отвергала.
Дарен нетерпеливо закатил глаза.
– Потому что ты меня зацепила. Я еще не встречал женщин, подобных тебе. Они любят камни в украшениях, а ты похожа на меня. Процесс тебе нравится больше результата. Ты интересуешься самоцветами, любишь созидать, хочешь знать, как они рождаются в толще гор, как проходят долгий путь, прежде, чем засиять на пальце или шее. В тебе есть жизнь и огонь.
Он говорил пылко, увлеченно. В глубине сапфировых глаз мерцали таинственные искры, будто пытались заворожить. Я чувствовала себя маленьким кроликом, к которому в гости заглянул удав.
– С тобой интересно, Танья. Я давно забыл про тот долг, ну их, эти деньги. Тебе они нужнее, а я просто хочу наблюдать, как развивается твое дело, помогать тебе, защищать. А еще ты красивая, – лукаво добавил он, подцепил мой локон и пропустил его между пальцев.
Ох, заливает господин дракон! Ну просто соловей какой-то. И вся моя женская сущность хочет слушать, впитывать приятные слова, доверять. Но холодный рассудок, как всегда, портит всю малину.
Я старалась уговорить себя, что измена и развод мужа меня совсем не тронули, что мы давно стали просто друзьями и это было неизбежно. Но в глубине души засел комок боли и обиды. Иногда хотелось поныть о несправедливости: как это, меня, такую хорошую, на кого-то променяли? А иногда горло сжималось от злости. Я старалась гасить эти мысли и до смерти боялась повторения.
– Ладно, вернемся к этой теме позже, – Дарен откинулся на спинку стула и перестал давить на меня своей харизмой и уверенностью в собственных словах. – А теперь о том, где я был.
– И где же?
Я была рада переключению темы, мне нужно время, чтобы все обдумать и переварить. Хоть я и успела побывать замужем, опыт в отношениях с мужчинами у меня был совсем небольшой. Я ведь хотела, чтобы раз – и на всю жизнь. Поэтому была с бывшим мужем со школьной скамьи и до… до известных событий.
