-Хм… Так-то оно так. И, конечно, логично, синьорина Миранди, - тон Форстера перестал был насмешливым, он опустил фонарь и слова его прозвучали из темноты сухо и как-то безразлично, - иного я и не ждал. Что же, давайте остановимся на том, что я негодяй, а вы нежная южная роза, и ваша благодарность за гостеприимство принята. Надеюсь, вам всё же понравится здесь, и хочу сказать - не переживайте, я не буду докучать вам своим обществом. Я занятой человек и у меня много дел. Я встаю до рассвета, и заниматься соблюдением этикета и церемоний мне некогда. Здесь в Волхарде все такие. Здесь мы работаем с зари и до заката, не в пример томным южанам. Так что вы будете предоставлены сами себе. В вашем распоряжении вся усадьба, делайте что хотите, гуляйте где хотите, только не ходите одна дальше ограды. Вскоре починят мост, я прослежу за этим, и вы сможете избавиться от моего общества насовсем. Вас устроит такой расклад, синьорина Миранди?
-Более чем, мессир Форстер, благодарю за вашу… деликатность.
-Хм. Ну, значит по рукам. И пока вы здесь, не сочтите за навязчивость… но Бруно будет вас охранять, - Форстер свистнул псу.
-Охранять? И от кого же меня здесь охранять, кроме вас? – насмешливо спросила Габриэль.
-Кроме меня? – удивился Форстер. - Пфф! Помилуйте, синьорина Миранди, я даже смотреть не буду в вашу сторону, если вы этого не хотите. Не в моих правилах неволить женщин.
-Пфф! И в самом деле! – усмехнулась Габриэль, и добавила уже серьёзно: - Тогда не нужно меня охранять.
Форстер снова поднял фонарь так, чтобы было видно лица, шагнул ближе, и сказал, понизив голос:
-Послушайте, Элья, эти горы совсем не так безопасны, как красивы. Прочтите книгу, которую я давал вашему отцу. Это же Трамантия, здесь такой пылкой южной красавице стоит опасаться… всего, - и за его насмешкой в голосе было что-то ещё, от чего по спине у Габриэль пробежал холодок. – А Бруно всего лишь пёс. Не надо видеть в нём средоточие зла. Но когда он с вами – так мне будет спокойнее.
-Вы что… пытаетесь меня запугать? Я читала вашу книжку и мне не пять лет, чтобы верить в сказки и красноглазых волков. А чего ещё мне здесь бояться? – ответила она с вызовом.
-Однако вы испугались простой собаки.
-Было темно, и я в незнакомом месте, мне это простительно. Но не надейтесь, что я буду всего тут бояться и искать вашей защиты, – взмахнула она рукой.
-Хм, да вы уже говорите, как настоящая горская женщина! – глаза Форстера блеснули. - Что же, храбрая Элья, раз вы ничего не боитесь, тогда добро пожаловать в Трамантию! – усмехнулся он, и перехватив её руку, склонился и внезапно поцеловал.
Она отступила в испуге и поспешно её выдернула, потому что всё, что только могло быть неприличного, сошлось в этом поцелуе воедино. Темнота и уединенность, то, что они стояли так близко друг от друга, и это чёрное небо над ними полное ярких звёзд… его мягкие губы, прижавшиеся к пальцам так обжигающе и настойчиво, и шершавость его щеки, чуть царапнувшая кожу и этот тёплый плащ… а может это был виноват и не плащ… но её окатило такой жаркой волной, что даже мочки ушей запылали от смущения, и сердце забилось где-то в горле.
-Спасибо за гостеприимство и катитесь к дьяволу, мессир Форстер! - воскликнула она от смущения и неожиданности. - Ненавижу и вас, и вашу Трамантию! И пёс ваш мне нужен, и плащ…
С этими словами она сбросила плащ с плеч, быстрым шагом пересекла лужайку и вошла в дом. А позади услышала лишь смех хозяина Волхарда и его возглас:
-Вы ещё забыли пожелать мне провалиться, синьорина Миранди!
Сославшись на головную боль, она попросила Кармэлу принести ей ужин в комнату, потому что видеть самодовольного Форстера после всего, что она узнала, было выше её сил.
Она ходила из угла в угол по комнате и корила себя за то, что наговорила. За свою несдержанность и за то, что допустила всю эту неловкость… следовало бы подумать, что он попытается сделать что-то неприличное. Почему рука у неё до сих пор горит, как от ожога? Почему за этот поцелуй ей стыдно в сто раз сильнее, чем за тот, что был на балу у Таливерда?
Пречистая Дева! Да почему же он так её бесит?
Будь она мужчиной – давно бы вызвала его на дуэль ! Ведь то, что он сделал – затащил их сюда обманом, это немыслимо! Воспользовался доверием отца, зная о его увлечениях, да, может, он и кости эти подбросил в пещеру, с него станется! Он говорил об этом с таким самодовольством, словно подвиг совершил!
Позже пришла служанка с целой вязанкой дров, разожгла камин, и произнесла с сильным горским акцентом:
-Хозяин сказал, дэлья роса наверняка будет мёрзнуть. По мне, так тепло, но ежели, и правда, замёрзнете, мона, вон поленья – подбрасывайте, сколько надо. Ежели мало, кликните меня – я ещё принесу. Хотя это комната Ромины, она и так самая тёплая, но могу ещё и пледов дать. Зовите меня Джида, я тут около кухни всё время.
-Дэлья роса? – переспросила Габриэль. – Что это значит?
Служанка покосилась на неё, пожала плечами и ответила неохотно:
-Да так, ничего.
Но Габриэль уже поняла.
