– Эм… – запнулся чародей, не сразу подобрав слова, нужные для успешного продолжения искусства переговоров. С одной стороны, теперь фанатизм собеседника стал ему понятен, видимо на сознание тому сильно давили ментальные закладки, которыми в османской империи не потчевали разве только крестьян, да рабов, стоящих дешевле работы даже самого хреновенького мозговрерта. Однако, теперь у Олега возникли новые вопросы. – Знаешь, либо твой русский все-таки не так хорош, как кажется, либо вы, ребята, очень крупно налажали…Ибо вот уже второй раз подряд ваша чертова эскадра атаковала не крепость Темный склон, а форт Черносольный!
Олег очень старался не замечать, как сидящие на не таком уж и широком диванчике в два ряда молодые и симпатичные девушки старательно строят ему глазки и норовят изогнуться так, чтобы продемонстрировать самые выгодные ракурсы своего тела, а то и вообще начинают крайне провокационно целовать шейки своих коллег или покусывать их за ушки, одновременно давая волю рукам. Даже тот факт, что чародей вообще-то имел супругу, и оная супруга находилось на этом же летучем корабле, не мог остановить связисток, практически всем кругом пошедших в решительную атаку на сильного одаренного с тугим кошельком, относительно симпатичным лицом и отсутствием бесчисленной своры ближних и дальних родственников, готовых не моргнув глазом прирезать излишне наглую простолюдинку, если та протянет свои изящные ручки к семейным капиталам или магическим секретам. А персоны благородного происхождения, которым Олег был бы неинтересен, в число обменивающихся мыслеобразами через иной план реальности магов астрала как-то не рвались…То ли не нравились им постоянные мигрени с повышенными шансами схватить инсульт или какое-нибудь психическое заболевание, то ли отпугивала необходимость много и нудно трудиться без нормальных шансов на то, чтобы обрести силу, богатство и славу. Вот и мало было среди сидящих друг у друга на коленях и держащихся за ручки ведьмочек, вообще-то обязанных не хвостом перед потенциальным покровителем крутить, а установить хороший и четкий контакт со штабом фронта, персон, которые достигли хотя бы тридцати лет. В данном роде войск кто не мог уйти в отставку и замуж, те раз за разом улетали в декрет, лишь бы откосить от выполнения своих рабочих обязанностей, и к концу заключенного с армией контракта нередко могли бы претендовать на звание мать-героиня, если бы в данном мире его хоть кому-нибудь давали.
– Нет со штабом фронта связи, – немного нараспев пропела распорядительница этого борделя…То есть, конечно, начальница связисток. Она одна из присутствующих в кое-как приведенной в порядок мастерской дам имела в волосах отдельные седые нити, однако кожа её лица по-прежнему была лишена морщин, подтянутая полурасстегнутым корсетом грудь размера эдак четвертого выдавалась вперед подобно корме ледокола, а почти неприлично короткая юбка обнажала стройные бедра без всяких следов варикоза или целлюлита. Нижнего белья сия волшебница не носила. Олег успел это случайно заметить, когда перед ним специально упали в довольно провокационной позе, якобы споткнувшись о складку на ковре. Прибитом гвоздями по углам, чтобы не ползал туда-сюда во время лихих воздушных маневров. – Я чувствую силу и присутствие круга, что Ростов-на-Дону своим домом считает. Вот только никто из тех, с кем хочу поговорить, не отвечает. Знакомцы там есть и есть незнакомцы, а глас мой теряется как лягушка в колодце.
– То есть маги астрала из штаба фронта с кем-то общаются настолько интенсивно, что им не до нас. – Расшифровал речь пребывающий в полутрансе особы Олег, радуясь про себя тому, что Анжела после того как прекратила свою активную карьеру утратила и большую часть присущей магам астрала чудаковатости. Оставшееся он был согласен считать той изюминкой, которая лишь больше его привлекает. – Но это точно они? А есть ли среди них потери?
– Ошибки в жизни моей, не скрою, бывали, но дурой полной меня никогда не признавали, – лукаво улыбнулась начальница связисток, провокационно облизывая ярко-накрашенные алые губы и одновременно запуская руку под платье сидящей от неё справа то ли заместительницы, то ли особо приближенной к начальству беспринципной особе и начиная поглаживать внутреннюю сторону её бедер. – Я в сказанном себя могу поставить на кон, а коли будет мало, найду, кем ваш украсить можно трон.
